Красный клоун Чибо

Еще по меньшей мере дважды он в полусне услышал слова, которые его вдохновили и вселили в него какую-то необыкновенную силу. Оторопевший он встал, достал висящий на шее серебряный крест, подаренный матерью, поцеловал его, перекрестился, и в душе его поселился луч надежды. 

Упершийся в ладонь крест напомнил о уже свершившихся когда-то в жизни Чибо чудесах. Он вспомнил мать, отца, семью... Особенно брата, с которым однажды у него произошла ссора. Та самая банальная ссора мальчишек, задевающая чувство гордости, подпитываемая страстью первенства и заносчивости.

- Гоча Сулханишвили, - тихо произнес он свои имя и фамилию, и им овладело такое чувство, будто повеяло Грузией.  Он понял, что это был знак свыше.

«Всему свое время, и время всякой вещи под небом, время разбрасывать камни, и время собирать камни», процитировал он известные фразы, укрепляя намерение помочь другу.

Сбежав по лестнице вниз, он вошел в комнату, умылся из чайника, подвешенного на веревке. Надеть висевший на стене костюм, наверное, было самым непривычным действием Чибо за последние пять лет. На поезд в красном клоунском костюме не пустят. 

В кармашек желтого чемодана он бережно сложил накопленные на площади деньги и спустился на улицу.  

Путь из Братска предстоял неблизкий. Полтысячи верст до Иркутска в душе Чибо не умолкала молитва, подбадриваемая застрявшими в ушах словами с крыши.

В предрассветной ночи такси, пойманное у вокзала, высадило мужчину в неряшливом костюме во дворе серых панельных домов. Чибо достал бумажку с записанным как-то давно адресом. Ошибки быть не могло. В этом доме живет Андрей. В окнах третьего этажа, про которые часто рассказывал друг, был погашен свет. Город спит

 Промелькнула мысль подождать до утра. Неловко будить семью Андрея, тем более визитом без приглашения. Посмотрел на часы и вспомнил брата. Тонким писком медицинских аппаратов наполнился шум в ушах.

Поднявшись по ступенькам на третий этаж, он постучал в дверь Лагуновых. Открыла пожилая женщина с уставшим видом. Он не разбудил ее. Свежезакрученные бигуди на голове едва колыхнулись при виде незнакомого мужчины.

- Я друг Андрея.