Красный клоун Чибо

И снова вспомнились ему слова с небес, которые он услышал, сидя в Братске на крыше дома, готового к сносу. В Гергетском соборе они зажгли много свечей, горячо помолились, а главное, каждый из них основательно и навсегда понял, кто и что было главным в жизни. Они еще долго стояли у границы Грузии. Им было трудно расставаться.  Гоча сидел на корточках, крепко обняв маленькую Марию.

– Ты ведь будешь ко мне приезжать? - прошептала она.

– А ты? – вопросом на вопрос ответил Гоча.

– Я тоже буду приезжать. Надо быть безумным, чтобы не приезжать в эту сказочную страну, а разве я похожа на безумную? – ответила Мария, и оба улыбнулись.

– Ну, я бы сказал, что мы и на совсем нормальных не очень похожи, - со смехом сказал Гоча и поцеловал Марию в лоб. – Знаешь, Мария, я хочу, чтобы ты знала главное в жизни и всегда помнила, что между твоей и моей родиной стоит Иисус Христос, а предавать его нельзя ни в коем случае. Между нашими народами всегда должны царить мир и любовь.

– Я всегда буду об этом помнить, мой Добрый Ангел, – ответила малышка Гоче, поцеловав его в большой нос.

Билет на самолет у папы с дочкой были на руках. До Владикавказа их доведет Тимур. Его дом тоже по ту сторону границы.

Погрустневший Гоча еще долго стоял у таможни, пока друзья не скрылись с глаз. В одном он был уверен твердо: это только начало всего хорошего и доброго в их жизни. 

Каждый вечер труппа «Зузу и компания» разговаривали по видеосвязи, веселились, вспоминая лето в Грузии.

Во снах Гоча, стоя вверх тормашками, шутовал с Марией, порой ему снился снег Братска и толпы радостных детей.

 После таких снов он часами сидел в желтой машине и грустно размышлял.

Минула осень. Отец Георгий много раз замечал грустное лицо брата и однажды за ужином начал откровенный разговор.

– Скучаешь по-своему бенду? – прямо спросил он Гочу.

– Да, вроде того, - глубоко вздохнул тот. – Я привык к ним, но это дело времени... Пройдет.

– Послушай, Гоча, - сказал отец Георгий брату, - главное, что мы нашли и простили друг друга.

Мы – братья, знай, что здесь твой дом и твой родной очаг... Я хочу, чтобы ты был счастлив, хотя бы теперь... Поезжай, брат, я буду молиться за тебя. Поезжай, но только знай: весной, ко дню святого Георгия вы все должны быть здесь. Я не знал, что те прекрасные выступления посреди города по вечерам устраивали вы. Мне они так нравились, что я трижды приходил посмотреть. У тебя не должно быть даже мысли о том, что ты убегаешь из дома...