Красный клоун Чибо

Под уговоренный такт из автомобиля выскочил Розовый Заяц «Зузу», сделал реверанс и поздоровался со всеми на итальянском: «Бонджорно, сеньоре, сеньорита!». 

Самовар вытащил из машины желтый чемодан. Раскрытый на земле, он зазывал туристов бросать монеты, кому сколько не жалко. 

После зажигательного танца розового зайца на площадку перед автомобилем вышел Красный Клоун. Как всегда, он оперативно раскрыл ходули, вмиг взобрался на них и начал жонглировать золотистыми шарами. Тут перед аудиторией нарисовался и Горячий Самовар со своим термосом на колесиках, правда, теперь уже наполненным холодным апельсиновым соком.

Они исполняли элементы пантомимы, проводили фокусы, развлекали маленьких детей, вставали с ног на голову и веселили всех. А примерно через час из их машины на полной громкости зазвучала мелодия сиртаки. Зузу растерялась от неожиданности и радостно посмотрела на Чибо, в ответ тот подмигнул ей и театральным жестом дал ей знак рукой, что это был ее выход.

Зузу подбежала к отцу и взяла его за руку, Горячий Самовар приобнял за плечо Тимура, тот – Красного Клоуна, и начался грациозный танец сиртаки. Постепенно их круг расширялся, прохожие и зеваки вовлеклись в танец под завораживающую мелодию. Плечо к плечу, взявшись за руки, сотня мужчин и женщин кружили на улице вокруг припаркованных у тротуаров машин. 

В тот вечер, по просьбам туристов, мелодия сиртаки повторилась пять раз. Потом все стали фотографироваться с циркачами, Зузу поднимали вверх и передавали из рук в руки.

Когда представление закончилось, они, как обычно, попрощались со зрителями, отправляя им воздушные поцелуи, и счастливые отправились в гостиницу.

- Да, я была права: танец сиртаки - это обязательный элемент для нашей программы, - восклицала, хохоча, Зузу.

- Ты права, Зузу, запомни мои слова: в будущем из тебя получится директор знаменитого цирка! – потрепав дочь по голове, отвечал Андрей.

- Ой, как здорово! Мы объедем весь мир! – выкрикивала Мария с горящими от радости глазами.

Циркачи дали семь импровизированных, не похожих друг на друга, представлений в городе любви. Социальные сети еще сильнее запестрили их лицами. Они уже не просто нравились: люди их очень полюбили. 

На седьмой день у Марии снова поднялась температура, и она опять лежала в постели, раскаленная, словно печь. Как обычно, ее команда, преклонив колени, горячо молилась перед иконой Пресвятой Богородицы.