Отбор

А еще хуже будет то, что, когда на место явятся королевские дознаватели во главе с распорядителем отбора, украденного при нем уже не будет. Во всяком случае, сама Миранда поступила бы ровно так.  Ее выставят лгуньей и смутьянкой и отправят домой.

Даже если она сделает вид, что просто решила снова провести время под лучами солнца и за просмотром игры в поло, может выйти гораздо хуже — они сочтут, что этот мешочек имеет большую ценность, и решат использовать его против одной из фавориток сегодняшнего вечера.

Или притвориться дурочкой и заявить, как есть, что она потеряла нечто ценное?

Миранда прикрыла глаза и опустила руку.

Затем все же резким движением толкнула дверь, та распахнулась перед ней, выпуская на волю загнанного зверя.  По коридору она прошла быстро, проклятому мешочку даже некуда было завалиться, она вышла знакомой дорогой к балкону.

Пусто.

Пришлось сжать губы, чтобы не зарычать. Ни пропажи, ни кореолок.

Ничего, этими девицами она займется позже, а пока… Пока нет времени для злости и угрызений совести, хотя, стоит признаться, она сама выдала себя, когда накрыла ладонью мешочек с кремом, желая укрыть его от чужих глаз, тем самым лишь обратила на него излишнее внимание.

Очередная ошибка дилетанта.  Слуга, вероятно, решил преподнести подарок своей госпоже и заодно помочь против ее соперницы, даже той с которой она была столь мила.

Пришлось вернуться в апартаменты.

Теперь у нее нет ни одного козыря. Миранда прикрыла глаза ладонью и тихо рассмеялась, она ведь была совершенно права, когда решила, что встречи с Домеником Дэльверо ни к чему хорошему не ведут.

Судьба ведь словно напомнила ей, что стоит быть умнее, но она сочла себя и так достаточной умной, за что моментально поплатилась.

Кэсси застала ее в таком вот состояние и позе: спиной к дверям, плечи опущены, глаза прикрыты рукой, тело едва заметно дрожит, хотя она и старалась держать себя в руках. К тому моменту, как ее помощница вернулась с вылазки Миранда Эрей уже все решила.

Поэтому,как только дверь со щелчком захлопнулась, она тут же вытянулась по струнке, на губах появилась мягкая, если не сказать, покорная судьбе улыбка и в прямом взгляде читалось только одно — с ней теперь бесполезно спорить.

— Что ты задумала? — спросила Кэсси, перейдя сразу к делу.

— А что ты узнала?

— Ничего хорошего, Мира. Эта Зейх привезла с собой в замок четырех служанок и каждая из них уверена, что ее госпожа святая. Даже противно, как-то стало.