Элантида. Книга 3. Сквозь Бездну

– Эллионель вскинул голову, – Выступление Перворожденных против Гаронда мгновенно будет истолковано как объявление войны – королю Эвенкару, чьим официальным представителем является Великий Инквизитор Гаронд, и на наш народ тут же падет обвинение в развязывании межрасовой резни. Никто не скажет, что Перворожденные пошли против Гаронда – бога поглощения магии. В лучшем случае скажут, что Эллионель пошел против Рагнара.  Но это тоже вряд ли.  Эльфы пошли войной на людей – вот о чем будут говорить, – заключил он.

Богиня медленно кивнула.

– Я поняла твою мысль, Владыка Эллионель. Твой ответ?

Голос эльфа зазвенел под сводами залы, воодушевленно и торжественно.

– Перворожденные встанут под знамена Созидательницы и будут счастливы отдать свои жизни в борьбе с богом-инквизитором – все, без остатка, без надежды на Перерождение… – он твердо посмотрел в глаза Богине, – сразу же после того, как война Гаронду будет объявлена людьми. Мы будем биться до конца, но первыми против Гаронда должны выступить люди, – объявив свое решение, эльф склонился в низком поклоне.

– Твое решение справедливо, – согласилась Элантэ. – Богиня благодарит Перворожденных и клянется с честью распорядиться вверенными ей судьбами Великого Народа, – поклонилась она в ответ. – Что скажут люди? 

Она адресовала взгляд Архимагистру Светлой Гильдии Магов, но тот промолчал. Тогда вместо него заговорил Каравалорн.

– Да не сочтет Богиня мои слова дерзостью, – начал Темный Архимагистр, – но положение моей Гильдии не многим отличается от того, что сейчас описал Верховный Владыка Перворожденных.

Взгляд Богини, обращенный к Архимагистру Темной Гильдии, неожиданно изменился. Каравалорн внезапно ощутил такой прилив тепла, нежности и светлой грусти, что сначала даже не понял, что произошло… А потом, осознав, смутился. Видимо, в его глазах Богиня увидела пламя Инквизиции… и всех тех, о ком сейчас вспомнил Архимагистр… Странно… он всегда был уверен, что может скрывать свои мысли и чувства.