Суженый

Вот люди бегущие отчего-то ужасного; Ужас держит в руках длинный узкий предмет, похожий на палку; вот Герой, изображенный в виде солнца, ломает палку; вот люди склоняются перед Героем-солнцем.

Профессор неосознанно сделал шаг назад. Зря они откопали это место. Интуиция верещала старому колдуну, что нельзя здесь находиться. Кто бы мог подумать, что отказ от Сил однажды выйдет ему боком.

– Смотрите! – послышался справа голос доцента Косточкиной. – Здесь еще кое-что.

Все обернулись на зов. Там, закованный в толстый слой льда, виднелся длинный тонкий предмет.

– Что это? – спросил Черненко. – Посох? Жезл?

– Похоже, вы правы, молодой человек! – воскликнул Павлов. – Наверное, это гробница жреца неизвестного культа. Это будет открытие!

– Удивительно, – пробормотал Черненко, стараясь не приближаться ко льду. – Почему все сохранилось в прекрасном виде? Очевидно же, оно пролежало в земле не одну тысячу лет.

– Мы это выясним! – азартно сказал Павлов.

«Магия!» – мелькнуло в голове у Птичкина. Причем такая, какая не снилась ни одному колдуну.

– Нам стоит вернуться, – сказал Птичкин, пытаясь внешне соблюдать спокойствие и держать лицо. Ненужное любопытство может плохо закончиться. – Мы вошли неподготовленными, да и вечер уже.

– Да, пожалуй, вы правы, – согласно кивнул Павлов. – Придем завтра.

Семен Николаевич плохо спал ночью, ворочался, боялся, что обязательно должно произойти нечто непоправимое. В начале четвертого утра его разбудил потревоженный наговор, наброшенный на пещеру во время ухода.

Профессор подскочил на деревянной лавке, сонно огляделся. Он был один. Павлов и доценты исчезли. Нетерпеливые! Как они могли пойти в пещеру без него? Только Павлов такой жадный до открытий, всегда желающий быть первым во всем.

Когда Птичкин в кратчайшие сроки добежал до пещеры, оттуда донесся пронзительный крик доцента Косточкиной. Внутри, помимо его коллег, обнаружились двое мужчин в темных костюмах-тройках.

Взгляд Птичкина опустился вниз. Павлов посинел и не дышал. Мужчина с огненными глазами методично уничтожал лед. Неясно как, но тот постепенно таял. Его спутник сжимал горло Черненко. Косточкина забилась в угол, зажала уши и раскачивалась. Кажется, повредилась умом.

– А, профессор Птичкин, – проговорил мужчина, отбрасывая Черненко. Молодой человек ударился головой, упал и больше не двигался.