Суженый

Даша, Богдан и Кира сдвинулись чуть в сторону и наблюдали за действиями Птичкина, чтобы помочь, если понадобится.

В реальности шлагбаум нужен только для машин, несмотря на то что рядом пролегала асфальтовая дорога и стояли частные дома. С лесной дороги хорошо просматривалось пространство, слышался город. В заколдованном лесу ничего подобного не виднелось. Сам шлагбаум и земля под ним покрылись льдом, на дороге лежал снег. Здесь было заметно холоднее.

Артем, постоянно заглядывая в книгу, выкладывал перед шлагбаумом несколько кругов: первый из камней, второй из трав, третий из соли и цветов.

Диаметр каждого последующего круга сужался. Затем он вписывал руны. Они, одна за другой, зажигались разными цветами. Доделав это, Птичкин передал Кире книгу и попросил всех отойти на несколько шагов назад.

– Приготовьтесь, – сказал Артем Стасу. – У вас будет немного времени, пока лес позволит прорвать пространство.

Артем встал в центр кругов, вбил в землю посох и забормотал заговор. Круги по очереди вспыхнули. Птичкин уронил посох так, что он пролегал стрелой под шлагбаумом и выходил на той стороне.

Воздух перед ними сгустился и разошелся в разные стороны. Все увидели заснеженную дорогу впереди и заиндевелую вывеску у входа в Шуваловский парк.

– Вперед! – скомандовал Артем, и Стас первым прыгнул в проход. Едва Кирилл ускользнул последним, огонь погас, и пространство вновь съежилось. – Надеюсь, у них все получится.

– Все будет в порядке, – сказал Костя, хлопнув Птичкина по плечу.

– Я ухожу, – буркнул Артем, потирая место удара.

Захаров сильнее, чем кажется. – Удачного дежурства. Смотрите, если все будет хуже, возвращайтесь в дом.

Метельский кивнул, и Артем пошел обратно. Ему еще предстояло поковыряться в книгах. Оставшаяся четверка молчала. Над ними повисла зловещая, выжидающая тишина. Как бы ни старались ребята замедлить время, зима оккупировала кусок за куском. Ближайшие деревья полностью потеряли листву, между ними уже лежал небольшой снежный слой. Низкое небо тяжелело серыми тучами, будто наливными яблоками.

Воспользовавшись бревном в качестве скамейки, ребята сидели близко друг у другу и негромко переговаривались. Беседовали в основном Костя и Кира, а Богдан и Даша отмалчивались. Метельский по вполне понятной причине, Алексеева же в силу скромности и смущения. Недавно девушка определилась, что Костя ей нравится, но, находясь рядом с ним, она не могла говорить. Краснела, чувствовала, как горят щеки, и молчала, дабы не лепетать ерунду под нос.