Волчий берег

Некогда было толком объяснять. Но если в деревню пойдём — сразу попадёмся. Так что нам теперь одна дорога — сквозь лес да в Тамракские земли.

— Но у нас нет еды.

— Ничего. Найдём в лесу ягоды и орехи. Не пропадём.

— Несколько дней! Нам несколько дней идти.

— Ничего. Нам многого не нужно.

— Но там какие-то ужасные звери. Они нас сожрут!

— Нет. Мы будем очень, очень осторожны. Малинка, пойми же — нет у нас иного выхода. Нет.

Она поднимает на меня огромные глазища, в которых небо отражается, дрожит.

— Жгучка..

. мне страшно.

— И мне, милая. — Вот я и призналась. — Ты не представляешь, как мне страшно! И не только за себя. Я как будто в мышеловке, в тесной коробке заперта — и ты со мной. И где грызть, чтобы наружу выбраться, не знаю.

Какой у меня плащ сказочный, прижимается Малинка к нему лицом со всей силы, и пахнет ткань не очень, и грязная местами, но всё равно отодвигаться не спешит.

Значит, мы обе боимся.

— Вдруг княжеская стража вовсе и не нас ждёт? — с надеждой спрашивает она. — Может, разбойников каких ловят, а про нас ни слухом, ни духом?

Я молча вздохнула.

В ней словно зародилась надежда. Она вскинула голову.

— Ну, так что, Жгучка? Может, не нас ждут?

— Помнишь, мы с мамой к Ототьму ходили? За тайной?

— И что?

— Знаешь, что мне голос тогда сказал?

— Откуда? Ты не признавалась! Это тайна только твоя, чужие уши слышать не должны.

— Сейчас скажу, уже можно. Голос велел, когда в целом мире мы останемся вдвоём и некуда будет обратиться за помощью, бежать от беды далеко, через самое страшное место — бежать и никуда не сворачивать.

Иначе мучительная смерть ждёт меня и моих родных. А послушавшись, рано или поздно я выйду к своей судьбе. Я тогда не поняла, к чему бежать и про страшное место тоже не поняла. Но только что у деревни, куда мы войти собирались, а пришлось снова убегать, словно в голове загадка сложилась! Мы же будто по линеечке шли! И теперь нельзя сворачивать, дальше нужно идти.

— Ничего себе! — у Малинки даже челюсть отвалилась.

— Видишь? Ототень раньше нас знал.

— Но с чего ты решила, что он про сейчас говорил?

— А как же! Все сходится. Да и что кого другого у деревни ждут — а кого? Чтобы княжеская стража под деревенскими заборами разбойников караулила, да в телеги со старым сеном заглядывала? Самой не смешно?

Сестра задумалась и нехотя кивнула.

— А главный у них Крынок, тоже Великому князю не чужой. Помнишь такого? Ни лета не было, чтобы к отчиму нашему по делам не заезжал.

— Да.

— Кажется, и тут он.