Волчий берег

— Куда идёте-то, а?

Увидеть живого человека вместо чудовища с сотней языков на редкость приятно.

— К людям, — невольно улыбнулась я. Он пах безопасностью. Опять как с нитью в лесу — знаю, что деда бояться не стоит, не станет он обижать. Отшельники все мирные, потому что в лесу со зверями и деревьями им приятнее быть, чем с людьми. Потому, говорят, в глушь и уходят.

А Малинка зато дёрнулась, как ужаленная, и, насупившись, уставилась на незваного гостя.

— Ну, так, может, ко мне вначале заглянете? До людей-то ещё идти и идти.

Баню?! Вот это да!

— Да, с радостью! — я ответила первая и сама не заметила, как бросилась к старику. Малинка только что-то невнятно зашипела в спину.

— Вот и хорошо, — он огладил бороду рукой. — Отдохнёте, что в мире большом делается, расскажете, может и я чем подсобить смогу. От хорошей-то жизни, поди, в лесу бродить не станешь. Ну, догоняйте.

— Пошли, — я дёрнула Малинку за рукав и она, вздохнув, развернулась и пошла рядом.

Дед Ших принял нас как родных внучек. Жил он и правда один, хижина была небольшая, но крепкая, добротная. Вроде кто-то из знакомых помог со строительством, упомянул дед. И был у него огромный сарай возле хлева. И огород у него был немалый, и как-то вышло, что дед попросил нас задержаться на пару дней да помочь ему с посадками. Конечно, как мы могли отказать старому человеку, который так нас выручил? До сих пор помню кашу, которую он достал из печи, когда мы вышли из лесу к его дому.

Так и получилось — днём мы ему помогали по хозяйству, а вечером все вместе пили чай и разговаривали. Вообще-то я подумывала промолчать про нашу судьбу, однако в первый же вечер всё выложила как на духу. Разве что имён и мест не называла.

— Стало бы, сироты вы? — Вздохнул дед, выслушав нашу нехитрую историю. — И идти некуда?

— Да, некуда. Нам бы к людям в деревню какую или город небольшой попасть, там найдём как прожить. Вот и решили сюда.

— Прийти-то любой, — глубокомысленно отвечает дед, — да остаться может не каждый.

— Это как? — Тут же лезет Малинка. Вначале она от деда подальше держалась, а теперь чуть ли не собачонкой вокруг вилась. Ни знали мы ни отца, ни дедов своих, только мама у нас и была. А дед Ших ласковый, и смотрит с добром, и по голове Малинку пару раз гладил, как маленькую. А сестра ничего, молчит и о взрослости своей не упоминает.