Тридевять земель

Не ожидал: он подпрыгнул – попытался – и, как следствие, чуть не ударился лбом о крышку стола.

— Сэр Ортем? – голос Лилии. – Не разбудила?

Она знает, что не разбудила, подумал Артём, и усмехнулся. Откуда только – непонятно.

— Доброе утро, Лилия. Нет, не разбудили.

— Можно войти?

— Да, – ответил Артём и запоздало понят, что одет по минимуму. Но поздно – дверь уже отворилась, и ещё через несколько секунд Лилия подошла к двери в спальную.

— Приятно видеть, что кто-то делает по утрам зарядку, – улыбнулась она.

– Помочь вам одеться?

— Я сам попробую. Если что не так пойдёт, скажете.

Поразительно, но все странные предметы одежды – начиная с давешнего “купальника” – по свойствам судя, это термобельё, или как это на Земле называют. Удобная штука! И свежая – такое ощущение, что свежевыстиранная. Как это получается? И все остальные предметы одежды тоже свежие. Поразительно!

— Замечательно, – одобрила Лилия. – Чему вы хотите научиться сегодня?

— Пока не знаю. Скажите, а чем вообще занимаются дроссели? В свободное от похода время?

Лилия старалась сдержаться, но не смогла, расхохоталась.

Тут же взяла себя в руки.

— Извините, сэр Ортем. Вам правду сказать? Бездельничают. Так, что смотреть страшно. Но вы уже поняли, наверное – дросселей очень мало, и армия без них никак. Можете делать что угодно, пока не нарушаете Закон.

Она так и сказала: Закон, с большой буквы.

— Тогда расскажите мне больше про Закон. И... мне, наверное, показалось, но все мужчины сейчас воюют? На улицах вижу почти одних женщин.

Лилия посерьёзнела.

— Вы задаёте неприятные вопросы, сэр Ортем. Мой совет – не задавайте их кому попало.

Вот так номер! Что такого страшного в вопросе?

— Я отвечу, – пообещала Лилия. – Просто будьте осмотрительнее в следующий раз. Идёмте завтракать.

- - -

Рим действительно производил впечатление вечного города. Признаться, здесь мало что напоминало тот Рим, который Артём видел на картинках, и в который так и не собрался съездить.

Смог понять, что здешний Рим немал – по земным меркам, жилая часть километров десять в поперечнике, по здешним – в сорок стадий. В одном талане шестьсот сорок стадий, то есть – сто шестьдесят километров. Стало быть, встретились они почти за пятьсот километров от Рима. Ничего себе! И как долго бы шли туда, не окажись Артём дросселем? 

— Говорите, сэр Ортем, – посоветовала Лилия. Она видела, как меняется иногда лицо нового подопечного.