Тридевять земель

Ну, картины пишу, это у нас с Мариной общее, обожаю красивое придумывать. Наверное, всё. А вы?

— А я игры тестировал, – усмехнулся Артём. – И всё, наверное. Ну, по хозяйству, конечно, всё мог делать. Но не по здешнему. А теперь дроссель. Наверное, всё.

— Понимаю, – покивала Миранда, взяла его за руку. – То есть, я не понимаю, что такое “тестировать игры”. Потом объясните. Но понимаю, что вы себя, наверное, бесполезным считаете. Мало на что годным. Угадала?

Трудно было смотреть ей в глаза и отвечать утвердительно.

— Вы не правы. Ну ладно, пусть не вы сами выбрали стать дросселем. Это просто случается, и всё. Но вы песни поёте очень красиво, и не ленитесь. Вы бы видели других дросселей! Все говорят, что они целыми днями ничего не делают, между походами.

— Это не мои песни, – возразил Артём.

— И что? Главное, что они красивые, и людям нравятся. Слушайте, ну это уже несерьёзно. Вас никто не считает бесполезным. А захотите чему-то научиться – это пара пустяков! Научитесь. Если нужно, я помогу, Лилия поможет.

Да кто угодно, только намекните. Знаете, что, Ортем? Не вздумайте так с Мариной говорить. Она очень сердится, когда кто-то пытается на жалость напроситься. Делайте, как я: если в чём-то нужна помощь – подходите и спрашивайте.

— Понял, – кивнул Артём. Малодушие отступило. Чёрт, и вправду ведь набивался на жалость. Ладно, проехали. – Умеете вы по местам всё расставить. Тогда прогуляемся ещё раз в библиотеку. И – я хотел бы посетить приют, где вы все жили.

Это возможно?

— Конечно, приют никуда не делся. Ортем, у вас в два часа визит к доктору, в пять вас ждут в “Пьяном драконе”. Я вам напомню, если что. И вечером в доме мы все хотим услышать ваш рассказ, да? У нас полно времени. Можем всюду успеть. Но мне потребуется час или полтора, нашими с Мариной делами заниматься. Договорились?

Договорились. “Не дайте ей заболтать себя до смерти”, сказала Марина. Уж молчаливой Миранду точно не назвать!

И день начался.

- - -

— Повторим, что было вчера, – шёпотом предложил Артём, когда им выдали ключ от зала для работы с редкими книгами.

Если я замечу что-нибудь неладное, я уроню вот это – Артём показал бумажный комок, – и вы приоткроете дверь. Хорошо?

Миранда кивнула. Видно, что ей не по себе.

Началось минуты через три. Прошло почти сразу же, как только дверь приоткрыли..Чудесно, всё воспроизводится. И что это нам даёт? Артём дал команду переводчику – и тот, неожиданно, не отозвался.