Элантида. Книга 4. Королевские игры

Завтра вы сами пожалеете о том, что мне сейчас наговорили, и будете сокрушаться по этому поводу. Но пусть вас это не беспокоит – знайте, что я не держу на вас зла. В конце концов, я сам виноват – я прекрасно видел ваше состояние и должен был воздержаться от подобных разговоров.

– Я крайне благодарен вам за участие, но повторю еще раз, я здоров, – упорствовал король.

– Идемте, мой мальчик, – вздохнул Архиепископ, – становится холодно. На остальные вопросы я отвечу вам завтра – сегодня вам надо отдохнуть.

– Я не устал.

– Зато я устал. И хочу отправиться к себе домой, принять горячую ванну, выпить какого-нибудь успокоительного отвара и провалиться в сон. Чего и вам советую. А завтра я предстану пред ваши светлы очи и, если вы захотите, мы продолжим наш разговор.

Рагнар попытался возразить, но в ушах снова зазвенело, а перед глазами заплясали круги. Как некстати... Голос Гаронда звучал мерно и спокойно, словно Архиепископ разговаривал с тяжело больным, которому могло повредить любое волнение, или же с маленьким ребенком, качая колыбель.

Короля внезапно охватило чувство щемящей тоски, той самой, что не давала ему покоя в последнее время. Снова вспомнился фонтан... Капля за каплей... так утекает время, так вздох за вздохом сочится жизнь сквозь прорехи в хрупкой ткани бытия.

– Ваше величество, с вами все в порядке?

Как странно звучит голос Гаронда... Не то чтоб тихо, хотя и это тоже, но... очень странно. Рагнар попытался еще раз глубоко вздохнуть, но дурнота не проходила, воздух был липким и вязким, несмотря на довольно холодный ветер. Он собрал волю в кулак и поднялся со скамьи.

– Абсолютно, – произнес он твердо, и сам мысленно поздравил себя с этим. – Идемте, я вас провожу. Надеюсь, на завтра у вас не назначено много дел? Мне бы хотелось все-таки продолжить нашу беседу.

– Даже если и назначено, я их отменю, – поклонился Гаронд.– И явлюсь к вам сразу же, как мне это позволит ваш лекарь. Которого мы сейчас вызовем. Немедленно.

И лекарь оповестит короля о том, что ему нельзя волноваться, принимать участие в государственных делах, и что ему показан постельный режим. Или, еще лучше, признает его невменяемым. Как удобно...

Король нашел в себе силы улыбнуться.