Элантида. Книга 4. Королевские игры

Размышлял он, впрочем, недолго – меньше минуты, думая над тем, что победит – желание наплевать на все на свете и просто напиться или же врожденный аристократизм – вернее, воспитание, вбитое покойным батюшкой, мечтавшего вырастить идеал современного дворянства. Победило воспитание. Вальдос взял бутылку вместе с бокалом и уже повернулся к столу, как в дверь постучали.

– Можно?

Услышав этот низкий грудной голос, Вальдос почувствовал слабость в ногах – только не говорите, что вино, наконец, подействовало!

Не дождавшись ответа, орчанка приоткрыла дверь.

– Если тебя не затруднит, захвати второй бокал, пожалуйста, – проговорила она, глядя на неподвижную статую графа Рейнгарда у буфета.

Вальдос кивнул.

­ – Ты сейчас смотришь на меня, как тогда, в лесу, – усмехнулась Урфис. – Когда ты принял меня за чудовище и решил, что я тебя съем.

Маг вздрогнул и встрепенулся.

– Нет, что ты, я не считаю тебя чудовищем… то есть…

Орчанка рассмеялась.

– Ты как всегда любезен, маг! – пророкотала она. – Сказать невесте, что не считаешь ее чудовищем – верх куртуазности.

Граф Рейнгард опустил глаза, чувствуя, как заливается краской.

– Урфис, я…

– Молчи, – перебила его орчанка. – Я не должна была говорить тебе колкости, зная, как ты устал. Прости, это очень нехорошо с моей стороны… но удержаться я не смогла. У тебя был такой смешной вид…

Она подошла к нему совсем близко, пахнув на него ароматами шаманских трав, взяла из его рук коньяк, бокалы, поставила на стол, после чего вернулась и взяла его под руку.

– Урфис…

– Я знаю, ты в состоянии передвигаться. Есть много вещей, которые мужчина сам выполнить в состоянии, без помощи женщины. Но это не значит, что он должен это делать… Маг, по твоему цвету кожи я вижу, что из всего того, что могут самостоятельно сделать мужчины, первое, что пришло тебе в голову, это…

– Урфис, умоляю тебя… – простонал Вальдос.

– Прости, любимый, – орчанка неожиданно мягко улыбнулась и поцеловала его в губы. – Ты сейчас такой беззащитный, что мой инстинкт охотника не может оставаться в стороне. А теперь садись в кресло и не мешай мне работать.

Прежде чем Вальдос что-либо понял, он уже сидел в кресле с бокалом коньяка в руке, а Урфис расставляла по комнате благовония, зажигала свечи – только не рейнгардские, а свои, шаманские, что-то напевая, непонятное, но завораживающее.