Судья

Тысячи людей со всего мира, впервые прибыв в какую-либо страну, с интересом наблюдают из окон поездов, машин, автобусов и других транспортных средств, везущих их из аэропорта до города, расстилающийся за стеклом пейзаж.

Вот и я влился в многочисленную армию зевак. Правда, ненадолго. Уже через тридцать минут наше небольшое путешествие закончилось, и мы остановились около какого-то старинного здания в самом центре Праги. Карел вышел из машины, за ним последовал и я. Мой сопровождающий щёлкнул кнопку брелока, поставив автомобиль на сигнализацию, и поднявшись на пару ступенек у оказавшегося прямо перед нами подъезда, открыл передо мной массивную дубовую дверь, ведущую внутрь дома.

Войдя внутрь, я сразу понял, что это и есть офис нотариуса – лёгкий сумрак, тяжёлая массивная мебель, таблички на дверях с золотыми буквами. За высокой стойкой на месте секретаря находилась не милая симпатичная девушка, а застыл, словно статуя, высохший старикан в длинном сером сюртуке (и где он его только нашёл!), который встретил нас с каменным лицом, лишь слегка кивнув головой в знак приветствия.

Я покосился на Карела и усмехнулся про себя – все мои стереотипы на счёт нотариальных контор и завещаний, оказывается, имели под собой довольно прочную основу.

И эти же стереотипы в один миг были разрушены, когда мы вошли в кабинет господина Дудека – нотариуса и, одновременно, поверенного в делах моего дядюшки.

Вот как раз с кабинетом-то всё было в порядке. Дубовый стол буквой «Т», за которым располагались два довольно больших кожаных кресла для клиентов и просто огромное кресло для хозяина, дубовый же шкаф со стеклянными дверками, за которыми плотно в ряд на нескольких полках хранились толстые папки с делами.

В углу массивный сейф с кодовым замком, также обшитый деревом. Толстый шерстяной ковёр под ногами, плотно занавешенные тяжёлыми вишнёвыми портьерами окна. Всё тот же приглушенный свет по всему кабинету, за исключением яркого пятна от нависшего прямо над столом абажура – как раз там, где нотариус и его клиенты занимаются с важными документами.

Да, с кабинетом всё было так, как и должно было быть. Все мои стереотипы, все мои прежние представления о нотариусах оказался способен разбить лично господин Дудек.

Точнее сказать, сначала я увидел не господина Дудека, а огромный мотоциклетный шлем, находившийся ровно на том месте, где приличествовало бы находиться служителю Фемиды.

Мотоциклетный шлем находился точно посередине стола, как раз напротив кресла нотариуса.