Пути бессмертия

— Энивей…

— Пишется через «а»? — уточнила Лена, смачивая языком карандаш.

— Русскую «а», — кивнула Лиза, потянувшись за чаем.

Тут же идиллическую атмосферу их посиделок прервала настойчивая трель дверного звонка.

— Кто это там? — удивленно подскочила Лена.

— Проверь, будь добра, кто прошел испытание домофоном, — отмахнулась Лиза. — Меня нет дома! Я в Астрале.

Девушка откинулась на сооруженное лежбиже из подушек, украденных из родительской спальни. Где-то около кровати обнаружился пакет печенья, который Лиза заприметила, однако он стоял слишком далеко, чтобы сейчас за ним тянуться.

На покрывале, где-то около самых ног девушки, покоилась напичканная закладками книга Харуки Мураками, ибо в последнее время Лиза подсела на японскую литературу. Она глотала книжки порою по несколько штук за день. Поэтому рядом с Мураками спокойно уживались Кинг и Достоевский. Дивное сочетание.

На окне, грустно глядя на накрапывающий за стеклом дождь, покоилась сухая черная роза.

Осталась с первого сентября. Лиза планировала подарить ее кому-то из учителей, однако потом отказалась от этой затеи. Побоялась, что даже на одиннадцатом году ее обучения никто из учителей не был готов познать этого тонкого юмора, черного, как лепестки той самой розы.

Из коридора донеслось неразборчивое бормотание. А затем звон ключей.

— Звините, вы к кому? — удивленно пискнула Лена.

Училась она в девятом классе, а потому и вовсе удивительным могло показаться ее общение с Лизой.

Однако саму девушку абсолютно ничего не удивляло уже в этой жизни. Даже если бы директор ее школы внезапно оказался сектантом — Лизу бы это только позабавило.

— К Лизе. А точнее, к ее родителям, — вновь донеслось из коридора.

Сама Лиза тут же поперхнулась остывшим чаем, подскакивая с места и тут же путаясь в пледе. Она вылетела в коридор, молясь о том, чтобы ее догадки не оправдались. Но…

— Далия, — Валентин Анатольевич недовольно вздохнул.

— Я уж думал, тебя выкрали высшие силы.

— Ч-что вы тут делаете?!

— Поскольку твоих родителей не было на родительском собрании, я принес им документы на подпись. Ибо до них, как и до тебя, невозможно дозвониться. И я, как твой новый классный руководитель, взял на себя ответственность справиться о твоем состоянии. Ведь ты не посещаешь школу, и никто не знает, что случилось, — спокойно отчеканил он, скептично изгибая бровь.