Пути бессмертия

Вампир заглянул Лизе в глаза, мягко улыбаясь и поглаживая большим пальцем ее щеку. Девушка, нервно вздрогнув, подалась вперед. На миг показалось, что она тонула в этих глазах цвета крови, в которых отражались плящущие вокруг блики пламени.

Губы… Четко очерченный контур бледных губ на алебастровой коже. Привлекательные, манящие губы, которые когда-то касались ее шеи. И Лизе нестерпимо хотелось податься вперед лишь сильнее, прикоснуться к этим губам. И в какой-то момент, буквально на краткий миг, Лизе показалось, что и вампир подался ей навстречу.

Словно знак свыше! Лиза прильнула к груди вампира, потянувшись к желанным губам. И…

Телефонная трель заставила Лизу вздрогнуть, дернуться и отпрянуть. Да и огонь, пылавший в глазах, дрогнул и погас.

— Ответь, — вампир кивнул девушке на телефон, светивший из кармана ее куртки.

— Но…

— Давай, — Валентайн сделал глоток какао, переводя взгляд на пламя.

И Лиза, горько вздохнув, приняла звонок. А уже через секунду Ева увлеченно рассказывала ей о том, какой ее новый парень классный.

Ох уж этот Никита.

***

По возвращении домой Валентайн намеренно сразу поднялся к себе. Он оставил в прихожей плед и пакет с мусором, остатками еды и термосом.

— Проклятие развивается быстрее, чем я предполагал, — вампир кивнул на шею девушки, стоило той пройти за ним в гостиную. — Я обнимал тебя, и кровь уже готова вырваться наружу. Как твое сердце?

— Не болит, — немного задумавшись, отозвалась Лиза.

— Проклятие может напомнить о себе в любой момент, — Валентайн вздохнул, падая в кресло.

— Извини, но поскольку твое состояние не стабильно, я не имею права отпускать тебя домой, — констатировал вампир, выразительно глядя на Лизу.

— Но… — девушка окинула комнату взглядом, — у тебя в гостиной нет дивана! Где я буду спать?

— Значит, — он улыбнулся, — тебя волнует только это? Похвальный оптимизм. Пойдем.

Вампир вышел из комнаты, поманив Лизу за собой.

Подобно тени он проскользнул по коридору, скрывшись в темной комнате. Девушке было не по себе, когда она входила туда, однако осознание того, куда она попала, спешно согрело все ее естество.

Это была спальня. Достаточно роскошная, чтобы принадлежать древнему вампиру, но не вычурная, под стать хозяину дома. Темно-серое постельное белье, малиновый балдахин у кровати. Ночник, горящий каким-то невероятно интимным желто-алым светом, словно бы это было реальное пламя.