Жажда мести

Азарел, я говорю  от имени своей семьи и высших семей, члены которых обманом втянуты в сговор, помоги нам и проси взамен всё что угодно, - безразличие и отрешенность, свойственные демонам исчезли из его голоса, Темный Лорд уловил просительные нотки.

- Я не думал, что наш разговор доставит мне столько удовольствия. Но этим ты меня просто рассмешил, - развернувшись он направился к трону, но остановился на полдороге и продолжил через плечо. - Я помогу вам и своим детям, и мне ничего от вас не надо.

- Но все демоны заключают сделки, эта наша суть! – окрыленный таким исходом возразил гость.

-  Я больше не демон, с тех пор как покинул дом и обрел его здесь. А теперь располагайся, будь гостем, мне надо поговорить с одной из душ.

- С моей проводницей? Но ведь она не совсем душа?

- Ты понял? Это похвально, - легкая улыбка тронула тонкие упрямые губы. - Но это не твое дело.

- Ты все-таки не так беспристрастен, как хочешь казаться, и вмешиваешься в судьбы людей.

- У каждого свои слабости, а сейчас извини меня.

В ту секунду как фигуру Лорда Тьмы охватил черный вихрь и рассеял без следа, на его месте появился небольшой столик из черного оникса тончайшей ручной работы. Демон подошел к столику вплотную и провел по его гладкой прохладной поверхности рукой. На столешнице черный минерал пересекали молочно-белые и золотисто-коричневые линии, сливаясь и расходясь, образуя причудливый рисунок. На столике стоял серебряный поднос, уставленный всевозможными фруктами и вином.

- Угощайся, гость, - прозвучал под сводами мощный голос хозяина.

«Азарел даже в изгнании не утратил любви к роскоши и комфорту. И эффектам», -  подумал Морул, отщипывая темную виноградинку от веточки. 

Камилла бродила во Тьме. Огромное царство не мертвых, но и не живых.  Анфилада изысканных комнат, тонущих во Тьме и состоящих из Тьмы, освещенных нежным серебряным сиянием. И десятки тысяч душ: одни приходили после смерти и тут же возвращались назад, чтобы родиться и жить новой жизнью.

Кто-то сразу направлялся к Свету. Другие же за свои грехи, как Орик, или как она по какой-либо другой причине, должны были служить здесь в телесных оболочках. Мыслить, помнить, страдать. Третьи, как ее отец и защитники крепости, должны были находиться в свите Темного Лорда в виде безвольного и безмолвного призрака с пустыми глазами. Они ничего не видели и ничего не чувствовали, они не отвечали, когда к ним обращались.