Конечно, это не любовь

С чего начать? С поиска крестражей? С того, как они с Гарри и Роном скитались по лесам? С ухода Рона? С последней битвы?

— Волдеморт мертв, — наконец сказала она. — Окончательно. Гарри победил его.

Шерлок кивнул, словно ничего другого и не ожидал. Дальше рассказывать было проще. Гермиона закрыла глаза и просто говорила о том, что видела — как будто под веки ей наклеили маленькие телевизионные экранчики, на которых бесконечно прокручивались самые страшные ее воспоминания за последний год.

Шерлок слушал молча.

Только два раза он пошевелился. Первый — когда Гермиона говорила о пытках Беллатрисы в поместье Малфоя. Второй — когда она рассказывала о Снейпе.

— Все кончилось, — сказала она и поняла, что больше не может произнести ни слова. Ей очень сильно хотелось расплакаться. Хотя бы сейчас. Хотя бы от облегчения.

— Отлично, — заметил Шерлок. Гермиона вздрогнула.

— Нет, не отлично.

— Все закончилось, злодей побежден, почему бы и нет?

Гермиона сглотнула и сказала тихо:

— Все совсем не отлично.

Ты не представляешь, сколько человек погибло. Я не знаю, как буду спать. Все время вижу их.

Шерлок сощурился, поднял руку к губам, опустил и сказал холодно:

— Они мертвы, можешь сохранить их в памяти и жить дальше.

— Ты не видел их. Я знала всех их много лет, с кем-то сидела за одним столом, у кого-то училась. Фред… я ругала их с Джорджем за шалости, но все равно хохотала над очередной шуткой. Колин. Ему лет шестнадцать было. Ремус научил меня первым защитным заклинаниям.

И Снейп… Мне за него едва ли не больнее, чем за других. Мы его все ненавидели, а он все равно умер ради нашей победы.

Шерлок поднялся со своего места и заметил еще холоднее:

— Достаточно. Твои сожаления им точно не помогут, так что советую заняться каким-нибудь полезным делом.

Это было больно.

Конечно, Гермиона не ожидала (не могла ожидать!) от Шерлока нежных слов утешения, заботливых объятий и прочего, но это было слишком. Она подскочила со стула и оборвала его:

— Помолчи.

Ему легко было говорить — он так и остался вредным мальчишкой-гением, который разгадывает загадки. Он не видел и четверти того, что видела Гермиона. Ни одной смерти. И он никогда не жил в палатке и не питался полусырыми грибами. Его не пытали.

— Ты не можешь об этом говорить, — прошептала она. Шерлок напрягся. Гермиона приготовилась услышать что-то еще более жестокое, но вместо этого Шерлок сказал:

— Извини. Мне не стоило так говорить.