Конечно, это не любовь

 — Простите, — сказал Шерлок.

 — Бывает, — снова улыбнулся мистер Грейнджер и продолжил грузить вещи. Шерлок отошел в сторону и прислонился спиной к забору. Очень хотелось мелодраматично поднять руки к небу и воскликнуть что-то вроде: «Как она могла!», — но это было бы слишком глупо и банально. Поэтому он просто наблюдал за тем, как Грейнджеры запирают дом на ключ, садятся в машину и уезжают в сторону Лондона.

 — Ты мог это предотвратить, — Майкрофт, похоже, сломал замок и снова влез к нему в голову без предупреждения.

— Каждое письмо было подсказкой, но ты был слишком невнимателен, чтобы увидеть это.

 — Я, кажется, сказал тебе заткнуться.

 — Ты снова невнимателен. Ну же, Шерлок! Ты что-то упустил.

Шерлок моргнул, прогоняя Майкрофта, и задумался — ведь действительно, он что-то упустил. Гермиона скрылась, но не в ее характере уйти, не сказав ни слова. Она должна была оставить что-то, какую-нибудь записку. Единственный вопрос, где она ее оставила?

У него в комнате? Он глянул в сторону заколоченного дома и покачал головой — Гермиона слишком неуклюжа, чтобы пробраться к нему в комнату и не оставить следов.

Значит, у себя. Не таясь, он вошел в дом, благо, ключ от дома Грейнджеров у него был уже давно — как-то раз Гермиона оставила у него на столе свой брелок. Он поднялся наверх и вошел в комнату Гермионы.

 — Ерунда, — сказал он вслух. Конечно, он ничуть не жалеет ни пушистого ковра, ни светлых обоев, ни выставленных будто по линеечке книг на полках.

Он никогда не был привязан к этой комнате. Просто любил в ней бывать. И скучать по ней не будет.

На письменном столе лежало два сложенных пополам листа бумаги. Он развернул их и задумался — какой пароль она выбрала. За годы переписки он научился угадывать ее пароли в несколько минут, но сейчас сомневался. Едва ли это цитата из какой-нибудь книги. И даже не из Библии (да, был период, когда она использовала исключительно строки из Евангелие, причем как нарочно подбирала либо зубодробительно-непроизносимые, либо незапоминающиеся).

Песня? Едва ли ей сейчас до музыки. О чем она думала?

Шерлок улыбнулся и произнес пароль. Письмо появилось.

«Дорогой Шерлок! , — начиналось оно, — я написала тебе столько писем, что и сосчитать нельзя, но это дается мне труднее всего. Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за мое решение. Даже если нет — я поступаю так с точным осознанием своей правоты.