2. Анастасия. Дело о перстне с сапфиром (псевдоним: Тата Орлова)

Отходить от Елизаветы Николаевны он не торопился, словно намекая, что еще не сказал самого главного.

- Серьезно, Анастасия Николаевна, - кивнул он. – Непримиримая вражда. Каждый из них хотел бы теперь изменить ситуацию, но более не властен над ней. Законы степи.

 - У вашего пояснения очень интересная формулировка, - качнула я головой. Практически не сказав ничего, Северов дал мне множество подсказок. Нет, не по возможному выходу из сложившейся ситуации, по ее неоднозначности.

- Вы позволите мне, князь, объяснить Анастасии Николаевне суть проблемы? - не оглянувшись, ровно уточнил Шуйский.

- Да, граф, прошу вас, - добавив обстановке нервозности, так же сухо отозвался Северов.

- Понимаете, Анастасия Николаевна, - не задержался с продолжением Шуйский, - в нашей жизни случаются события, сами по себе незначительные, но влекущие за собой весьма серьезные последствия.

- Например, наша с вами встреча, - слегка разбавила я своей дерзостью витавшее в воздухе ощущение обреченности.

- Да, в какой-то мере, - не стал спорить со мной граф, - но в нашей с вами истории эти последствия не носят фатальный характер.

- В отличие от той, которая связала Ибрагима Аль Абара и Саида Эльар Амар Каира, - вновь… помогла я ему.

- Вот именно, - усмехнулся граф, продолжая смотреть в окно. – Вам ведь известно, что ваш отец – высокоуровневый маг?

Переход был резким, но чего-то подобного, как ни странно, но я и ожидала.И ведь не было намеков… 

Намеки были, просто связались они лишь в тот момент, когда Шуйский упомянул о магии.

Узнав, кто именно был моим отцом, я серьезно заинтересовалась и тем вопросом, кем он был. Не для меня - для того общества, где имя Ибрагима Аль Абара произносилось едва ли не со священным трепетом. 

Воин, советник, известный ювелир, чьи украшения носили самые прекрасные и самые приближенные к власти женщины. И один из самых именитых ныне живущих мастеров-артефакторов.

- Да, - коротко ответила я, на этот раз, предпочтя обойтись без нарочитой язвительности.

- Около пятнадцати лет тому назад Ибрагим Аль Абар для работы над очередным своим творением пригласил свободного ученика.

- Кого? – услышав непонятный мне термин, вынужденно перебила я Шуйского.

- Маг, иногда весьма высокого уровня, желающий стать своеобразным подмастерье в том направлении, которое его интересует, - вместо графа пояснил Северов. 

Я – усмехнулась, но тут же качнула головой, отвечая на вопросительный взгляд матушки.