Между тьмой и огнем II

Мира не смотрела на профессора, пряча смущенный взгляд в гладкой поверхности стола из черного мрамора.

– Но ведь мне нужно еще учиться.

– При Люцифере ты и так все будешь знать и уметь, – Варгас поморщился и поправился, – все, что ему нужно. Радомир уже потерян для безграничного влияния, а ты?

Мирослава с тоской посмотрела на инкуба и снова помотала головой. Профессор не сдержал вздоха облегчения и улыбнулся.

– Вас это радует? – разочарованно спросила Мира.

– Мы все хотим, чтобы Радомир остался, – повторил Варгас, глядя на расстроенную студентку.

Дверь в аудиторию хлопнула об стену в тот самый миг, как первая слеза упала на щеку Мирославы, а по замку разнесся вопль звонка на следующую пару.

– Какого черта? – прорычал ректор, врываясь в обличии демона в аудиторию. – Почему эта студентка все еще здесь.

Раду увидел слезы крылатой и выхватил меч. Варгас только развернулся на стуле и спокойно смотрел на начальника.

– Ты слишком нескромен в проявлении своих эмоций, Радомир. Это даже студентов уже не смешит, а ты же знаешь этих клоунов, они готовы потешаться над одним и тем же веками. 

Падший склонился к лицу инкуба и спросил:

– Что здесь произошло?

– Какой ответ тебе нужен? – невозмутимо спросил профессор. – Я подговаривал ее к побегу, говорил о твоей жестокости, пересказывал подтвержденные слухи о самых мерзких скандалах, связанных со сту…

– Заткнись, – прорычал огненный демон, еле сдерживая свою ярость.

– Ты больше не способен кем-либо управлять, – все тем же спокойным тоном ответил Варгас, – я отказываюсь подчиняться тебе. – Инкуб вежливо улыбнулся, указал изящной ладонью на меч, лезвие которого висело у его лица, и добавил, – можешь наказать, но это не спасет тебя от ревности. Ты же даже к нашему привратнику Груву ее уже боишься отправить с поручением.

Профессор презрительно рассмеялся прямо в лицо ректора. Но этот смех быстро оборвался. Мирослава вскрикнула, глядя на то место, где только что сидел Варгас. Радомир вернул родной облик и бросился к Мире, обнял и крепко прижал к себе.

– Ну, не дрожи, ангелочек. Он мне уже лет сто как надоел, только все повода не было избавиться.

– Как же ты это объяснишь?

– Нарушение внутреннего устава. Неповиновение ректору, наказание по своему усмотрению.