Книга зелёного камня

Он извлёк из рюкзака сапоги, предварительно обтерев свои ступни травой, так как к ним пристало много грязи. Обувь была ему великовата и непременно станет натирать. Но это малая цена за скорость передвижения, а двигаться ему придётся целых сорок повозок. Уже сейчас они казались ему бесконечными.

Тода вновь ощутил себя жалким и бесполезным. Ведь будь он настоящим магом, то не дал бы себя так легко схватить и ни за что не бросил бы Мелика одного. От тех фокусов, которые он научился проделывать в Академии, в реальной ситуации проку не было, а боевой магии неофитов не обучают.

Так что же ему теперь делать? Юноша не знал. Ждать Мелика было опасно, но он полагал, что это было бы как минимум честно. С другой стороны, сапог была только одна пара, свою он благополучно сунул к себе в рюкзак, подарив фанатикам. Бежать в столицу было бы верным решением, но убежать от своего старшего товарища, не зная о его дальнейшей судьбе... Совесть юного мага рыдала кровавыми слезами от этой мысли.

В конце концов, он решил-таки подождать.

Тело юноши жаждало отдыха, как и его разум. Лёгкая дремота наваливалась на мага, беря силу у шуршащих от ветра деревьев и кустов. Он сидел на земле, скрестив ноги и оперевшись спиной о камень.

Шум в городе либо стих, либо он его отсюда не слышал. Ноги горели от недавнего бега.

«Где же ты, старик?» — он раз за разом мысленно спрашивал Мелика. Подсознательно он уже был готов к худшему, но всё же просил саму жизнь, небо и Единого дать возможность тому вернуться в столицу живым и невредимым.

Если Мелик отдал жизнь во спасение его жалкой задницы, то как ему с этим жить?! Вина разрывала его мир. Тёмные мысли увлекали его всё глубже в бездонный омут переживаний и самобичевания.

Его вырвал из манящей полудрёмы нарастающей гул со стороны Кхарназа. Он был похож на тот, который издавала толпа в городе, когда Мелик сотворил своё колдовство. Только сейчас было больше высоких нот и ощущался ужас.

Тода вскочил на ноги. Судя по нарастанию звука, большое количество людей, вопя, приближалось к нему.

Любопытство пересилило в нём страх, и юноша, используя магию своих сапог, кинулся к краю леса. Достиг он его быстро, однако то, что он увидел, чуть разом не развернуло его обратно.

Гул к тому времени превратился в обрывочные панические выкрики горстки людей, разбегавшихся от стен города, над которым рвалось к небу оранжево-красное зарево пожара, чадящими языками вырывавшееся из ворот. Люди, бегущие от них прочь, были заняты огнём.