Книга зелёного камня

— Ты хочешь сказать, что это...

— Заговор, да, — закончил за него Мелик.

Интриги для столицы когда-то были делом обыкновенным, но с тех пор, как правление королевской династии сменилось властью Совета, они сошли на нет. Маги понимали друг друга и поддерживали. Если где и кипели страсти, так незначительные. Но чтобы мятеж целого города, сокрытие об этом в верхах... Это было уже чересчур для восприятия юноши, в силу возраста привыкшего верить в незыблемость реалий, его окружавших.

И судя по выражению лица его старшего товарища, не только он не был готов к такому.

— Мелик, а ты можешь передать сообщение моему отцу?

Тот лишь покачал головой.

— Я во многом хорош, но не во всём. Тем более в передаче посланий на расстоянии. К тому же сорок повозок — весьма солидное расстояние. Только старейшины и верховные смогли бы такое осилить.

«Значит, мы одни... Что же нам делать?!»

— Подождём, может, узнаем у этой несчастной что-нибудь важное и полезное, — в передаче мыслей на расстоянии он не был силён, а вот мысли читал прекрасно.

И тут Тода задумался: сколько мыслей Мелик выловил из его головы во время их путешествия? Как много оскорблений в свой адрес?

— Не беспокойся. Эта способность, как и прочие магические, требует концентрации. А тратить силы на ковыряние в голове влюблённого подростка — Единый сохрани!

Юноша почувствовал облегчение. Правда, он весь залился краской, ничего не смог поделать. Он ведь ещё до конца себе не признался в собственных чувствах к Рамилле.

О, как же было прекрасно вспомнить о ней сейчас, когда хаос бушевал внутри и вокруг него. Его сознание как будто растворялось в образе этой обворожительной девушки, чей томный взгляд, густые ресницы, длинные волосы цвета вороньего крыла — всё в ней заставляло его сердце плясать и задыхаться. А этот силуэт барнийской фигурки, которых девочки в столице скупали в лавках игрушек, её походка, будто парящей над землёй снежинки...

Внезапно раздался хриплый стон. Оба мага тут же подскочили к пришедшей в сознание женщине.

Мелик дал ей немного воды и поинтересовался, может ли он сделать для неё что-то ещё.

— Д-да... У... Кхм... Прости, маг... Убей меня, — её лицо было маской боли, глаз она не открывала.

Тода был в смятении.

— Госпожа, мы хотим помочь вам, а не убить вас!

Она едва приподняла веки и ненадолго посмотрела на юношу.

— Понятно... Совсем... Незрелый... — с трудом сглотнув, она продолжила, — тебе есть зачем жить, мне — нет...