Спрятаться в осени

 

Всю ночь он просидел на подоконнике на лестничной клетке, курил, думал о том, что его угораздило сказать. Он знал, что Нэйт не поняла эти слова — язык оборотней, язык тех, в ком течет кровь животных неизвестен простым людям. Но она не обычная девушка. Она крайне любопытна, поэтому или сама спросит или у кого-нибудь узнает значение этих слов. Так или иначе, завтра его точно ждет долгий и непросто разговор и о его звериной сущности и о признании.

А Зефф и сам не понимал, как так вышло, что слова, священные слова его народа, сорвались в тот момент.

Они — часть клятвы верности и любви, знак нерушимых уз, которые связывают двоих до самой смерти. А, может быть, и после нее.

«Не стану начинать разговор, сделаю вид, что ничего не было. Если спросит сама – скажу, что… Придумаю, что сказать. Может быть, ей и вовсе это послышалось», — Зефф понимал, что обманывать Нэйт — последнее дело. Но выбора у него не было. Он не мог признаться, что за последние несколько лет, которые он был с нею знаком, она стала для него куда больше, чем просто соседкой или другом.

Он скучал по ней во время их размолвки, несколько раз хотел подойти и попробовать снова помириться, но в конце принял важное решение. Он должен оберегать ее от потрясений. И лучшим способом будет держаться от нее подальше. 

Он не был слепым, чтобы не видеть, как она переживает за каждую его операцию, с каким волнением она навещает его в лечебницах. А видеть ее слезы на похоронах и вовсе было невыносимо. Он не имел права больше так мучать ее, подвергать опасности, поэтому решил держаться в стороне, как бы трудно это ни было.

 

— Помириться не хочешь? — Ильва была, наверное, не единственной, кто заметил его подавленное состояние, но только она начала разговор об этом. 

— С кем? — Зефф старательно делал вид, что не понимает о чем вообще идет речь.

— С Нэйт. И она переживает, и ты сам не свой. Миритесь уже. 

— Я пытался с ней поговорить…

— Пытался? — Ильва нахмурилась. — Ты сказал ей, что так было надо.

Я бы тебя после таких слов придушила. Потом бы вызвала некромага и еще раз придушила. Чтоб наверняка. Какой ты вообще реакции хотел от нее?

— Ты же понимаешь, что я не мог рассказать ей всей правды. Тем более, все произошло как-то само собой. Думаешь, я собирался умирать, когда отправлялся на поиски этого проклятого некромага? Она же могла бы уже привыкнуть за столько лет знакомства.

— Это Нэйт, — Ильва усмехнулась. — Она не привыкнет.