Мой любимый ректор

Ученики обычно попадали в академию в юном возрасте семнадцати-восемнадцати лет. Разрыв между ними и леди Таннен был колоссальный.

Кроме того, пока не пробудился ее дар, она старела так же быстро, как обычные люди. (В то время как маги останавливались в развитии в оптимальном для себя возрасте и дальше почти не менялись, кроме последних лет жизни.) Оставалось порадоваться за Лидию. Она обрела силу достаточно рано, не успев состариться.

Теперь магесса долгие годы будет оставаться такой – зрелой, достаточно красивой рыжеволосой женщиной средних лет с печальными серыми глазами.

– Леди Таннен, – сказал он, помогая ей слезть с повозки.

– Лорд… лорд Драган.

На миг поколебавшись, она решительно протянула ему руку. Подумав, маг помог и старушке, которая примостилась рядом с леди. Бабуля внимательно посмотрела на него и одобрительно похлопала по руке. Лорд-ректор на миг растерялся. Это было странное чувство для почти двухсотлетнего мага.

– Нянюшка! – обернулась Лидия. – Тебе придется меня оставить. Езжай в поместье.

– На какие деньги, девочка моя? Из тех двадцати серебряных я все потратила на комнату и еду. В столице все ужасно дорого. Не удивлюсь, если серебро тут едят и им удобряют нужник.

И в самом деле. Денег не было. Лидия не знала, что делать. Отчаяние захлестнуло ее с головой, лишая вновь обретенной надежды. Кормилица – единственный оставшийся близкий человек. Надо было ей помочь.

– Леди Таннен, в чем проблема? – вдруг спросил самый ее большой страх.

Лорд-ректор.

Она старалась не смотреть на него. Во время слушаний в имперском суде, когда ее допрашивали и зачитывали протоколы допросов и свидетельские показания, она на миг встретилась с Драганом глазами и поняла, что он не человек. У людей не бывает желтых глаз со змеиными вертикальными зрачками.

Ее тогда смертельно напугал этот обритый наголо мощный мужчина на голову выше ее ростом, которого, казалось, побаивались окружающие.

– Леди Таннен? – раздраженно поторопил ее ректор.

– Простите, – очнулась она. – Моей кормилице негде жить.

– А… э… ваша семья?

– Они не примут ее.

Откажутся. Уже отказались, когда Лидию поместили под арест. Нянюшку выгнали из поместья, опечатав дом. Тогда она отправилась в столицу.