Рожденные из пепла (Книга 2)

От горя мой разум помутился, и я стал обвинять весь мир в случившемся. Я ненавидел себя, людей, магов, вампиров. В конечном счете я остался совершенно один. Энергии людей мне уже не хватало, я начал пить кровь животных, а потом пришла очередь человеческой крови. С годами я простил Эдвина, наверное, я бы тоже так поступил на его месте. Он много раз пытался со мной поговорить, но я никого не хотел слушать. Много лет я метался, словно в агонии, сражаясь со своими демонами. Ища спасение в ярости и жестокости.

Из глубины его глаз стало подниматься алое пламя, заволакивая мой разум.

– Не надо, – испуганно пропищала я.

– Ты появилась, чтобы стать моим спасением. Твоей силы хватит нам обоим, – продолжал он, обдавая своим дыханием кожу.

– А если я не соглашусь? – ежась от страха, пробормотала я.

– Я буду молить тебя спасти мою несчастную душу, – негромким мягким голосом ответил он, слегка отстраняясь от меня.

– Я подарю тебе вечность, мы вместе будем править миром, – распаляясь, продолжал он.

Посмотрев на его руку, я вдруг поняла, что могу управлять своей магической энергией. Свечение закручивалось вокруг ладони Аббадона голубоватой спиралью, но не проникало внутрь. Этот процесс больше не шел самопроизвольно, я могла остановить его.

– Значит, я могу управлять этим, – пронеслось у меня в голове.

Аббадон продолжал надвигаться на меня, подавляя мое сознание.

– Тебе нужна безвольная кукла? – спросила я, пытаясь оттолкнуть его.

– Нет, – страстно проговорил он. – Мне нужна твоя любовь.

Я вся задрожала, когда его губы коснулись моей щеки. Овальное лицо с носом правильной формы и красиво очерченными губами было совсем близко. Я вдруг вспомнила, в каком виде мы нашли короля в покоях Аббадона, и вздрогнула.

– Ты боишься меня? – взглянул он на меня своими глубокими как море глазами.

Я вспоминала слова Варлока, что за этим красивым чудовищем всегда следовала смерть.

– Вы говорите о любви, но я сама видела, как мой друг пронзил ваше сердце. Человек, не имеющий сердца, неспособен на такое чистое и светлое чувство, – резким тоном произнесла я.

– Дорогая моя! – слабо улыбнулся он. – Я бы не мог жить без сердца.