Рожденные из пепла (Книга 2)

В доме была одна комната, в центре которой стоял небольшой деревянный стол, вдоль стен с обеих сторон располагались две длинные неширокие лавки. Несколько полок с металлической посудой висело под потолком. В углу ощерилась старая печка с покосившейся металлической заслонкой. Ночной ветер то и дело подвывал в трубе. В комнате пахло пылью и гнилым деревом.

– Здесь можно переночевать, но огонь разводить не будем, чтобы не привлекать внимание хищников и оборотней. Мы с Клаусом будем нести вахту по очереди, – проговорил Томас.

Клаус в знак согласия кивнул, движением плеч разминая затекшую спину и вытягивая усталые ноги.

– Нет, нам тоже дайте вахту, – возразили мы с Софией.

Молодые люди вначале немного препирались, но долго спорить не стали. Мы договорились установить дежурство по два часа, чтобы с рассветом снова отправиться в путь. Немного перекусив, мы расположились на отдых.

Первым остался дежурить Клаус. Он сидел возле окна, пристально вглядываясь в темноту за окном. На одной из лавок прилегла София и тут же тихо засопела.

Томас лег на полу, недалеко от печки. Положив узел на лавку и приспособив его под голову, я укрылась своим длинным плащом. Сначала сон долго не шел, нервы были натянуты от переутомления и всего пережитого. Наконец, начала чувствовать я приближающуюся дремоту и крепко уснула. Я открыла глаза, когда небо за окном начинало сереть, но рассвет еще блуждал где-то у озера. Голову пронзила резкая боль. В утренних сумерках я увидела Томаса, сидящего у окна и внимательно наблюдающего за мной.

– Ты почему меня не разбудил, – сонно спросила я, вставая со скамьи и заворачиваясь в плащ.

– Ты так сладко спала, что я не посмел, – проговорил он мягким голосом.

– Вы с Клаусом договорились? Да? – возмущенно проговорила я.

– Ну что ты, родная. Мы за справедливость, – ядовито усмехнулся он.

Наши мужчины так и не стали будить нас с Софией, позволив отоспаться. Я медленно побрела к нему, а он одним движением дернул за руку и привлек к себе.

– Когда все это закончится, я пойду к твоему отцу и буду просить у него твоей руки, – негромко произнес он, продолжая удерживать мою ладонь.

Мои брови подпрыгнули от удивления, но я не стала язвить, как обычно. Сейчас было не лучшее время обсуждать эти вопросы. Я просто тихо произнесла:

– Мне кажется, этот ужас никогда не закончится.

– Нет, любовь моя, обязательно закончится и мы, наконец, будем счастливы.

Острая боль снова пронзила голову, заставляя опустить веки.