Рожденные из пепла (Книга 2)

– Она жива, просто, без сознания.

Кот, жалобно мяукая, льнул к своей хозяйке. Томас посмотрел по сторонам, оглядывая людей. От нескольких сотен человек, защищавших замок, сейчас осталось небольшая горстка людей. Большинство из них были ранено и обессилено. Их взгляд был направлен назад – туда, где ночной горизонт алел и полыхал заревом огня.

Темные тучи висели над ними, а с неба сыпались черные снежинки пепла. Ветер поднимал их выше, развивая над огромной равниной, покрывая землю огромным темным покрывалом.

Томас обернулся назад и увидел, на месте некогда неприступного замка бушевало пламя.

Языки огня облизывали груду развалин – это все, что осталось от башен замка Даден.

– Мы словно заново родились, – проговорила София, подходя к брату и кладя руку ему на плечо.

– Мы родились из этого пепла, – согласился Варлок, горестно качая головой и тяжело вздыхая.

Хлопья пепла падали на плечи и головы людей, словно окутывая их невидимым коконом.       

Глава 31 С надеждой в будущее

Распахнув глаза, я сначала не сразу поняла, что происходит.

Где-то близко бурлила и шумела толпа. Повернув голову, я увидела недалеко от себя какую-то женщину. Она с любопытством наблюдала через окно за происходящим на улице. Заметив боковым зрением мое слабое движение, она подбежала ко мне. Ее сложно было назвать красавицей, но ее открытое приятное лицо привлекало внимание.

– Кто вы? – негромко спросила я.

– Меня зовут Магда, госпожа. Я сейчас позову вашего отца. Он просил сообщить, как только вы придете в себя.

Я кивнула ей с рассеянным видом.

Женщина вышла из комнаты, а я медленно встала с кровати и продолжила осматривать комнату. Она была маленькой и скудно обставленной. Здесь была лишь небольшая кровать, на которой лежала я; стол посреди комнаты, на котором стояла чашка с какой-то темной жидкостью, вероятно, травяным настоем; деревянный стул, на котором еще недавно сидела моя сиделка, подперев щеку и глядя за окно.

Отодвинув занавеску, я посмотрела на улицу, под моими окнами шло множество людей.

Народ скандировал имя короля, а некоторые выкрикивали:

–Да здравствует король!

И толпа подхватывала этот призыв, словно поток бушующей реки, многократно усиливала, исчезая где-то в переулке.

В коридоре раздались тяжелые шаги, и я обернулась на шум. В дверях стоял отец в строгом костюме, хмурый и бледный.

– Папочка, – еле слышно произнесла я и кинулась к нему.  

– Моя девочка, – бормотал он, прижимая к груди и гладя по волосам.