Замуж за монстра

Я задумалась. А что у него можно спросить? Хм…

«О чем ты вспоминал только что?»

— Милая, не через узы спрашивай. — улыбнулся он.

Ну вот. Привыкла уже, что автоматически пользуюсь нашей с ним связью. Так, ладно, что бы спросить другое?

«У тебя ушки красивые!» — ну захотелось мне похулиганить! Вот и транслировала всеми силами в воду мысль, как мне нравятся его ушные плавнички. Ну правда, милость такая!

— Получилось? — и когда я успела глаза закрыть?

— Не знаю, — улыбает Ной. — Но на этот раз я тебя не слышал, так что попробуй опустить эту каплю в реку, только в паре шагов от меня.

— Ладно… — я осторожно, стараясь не расплескать воду и не потерять концентрацию, отошла от мужчины метра на два.

Опустила ладони в воду.

Поднялась.

И замерла в ожидании…

Глава 15

Я оторвалась. Вот вроде бы никогда не любила по магазинам ходить, да наряды мерить, а тут вдруг когда рассыпала самоцветы на мягкие ткани, поняла, что дошла до определенной точки.

Внутри тесно сплелась отчаянная решимость, яркое, болезненное, веселье и вся та щемящая тоскливая грусть, что копилась все это время, что я провела в заточении.

Наряды были разные, но все были чем-то похожи. Не знаю, то ли струящейся тканью до пола, похожей на сложившую крылья бабочку, то ли тем неуловимым настроением, что есть у одежды каждой культуры.

И если дома, на озере, одежда была легкой, чуть облегающей, то тут это был ворох тканей, скрывающий меня всю, от головы до ног. Нет, без сомнения, они были легкими, не жаркими и не стесняли движения.

Но в таких не убежишь.

Один плюс — я могла закутаться в эти платья-плащи будучи в своей одежде — штанишках по колено и тунике. И этого не будет видно.

А потому я вырядилась и представила музыку. Она, конечно, заиграла только у меня в голове, но слова я пела вслух. Одну знакомо-незнакомую песню популярного на земле испанского певца. Где-то в памяти всплыл примерный перевод.

«Нам было не достаточно четырех стен нашего дома

И что за чувство внутри? Любопытство!

И стены рухнули.

Да! Я помню этот момент,

Когда мы вышли за границы.

Прямо с ветром

Навстречу свободе!»

А ткань струилась за каждым поворотом, делая меня похожей не то на птицу, не то на бабочку. Я танцевала. Пела. И плакала. И Стася где-то глубоко в моем разуме притихла, растерянно ощущая и впитывая мои эмоции.

А мне как никогда хотелось просто взять и улететь отсюда! И я срывала с себя струящиеся ткани, иллюзию крыльев, безжалостно раздирая полотно.