Я, утопленник

Это как?

— А вот так! — утопленник что-то пробормотал, странно дернул головой, и я увидел, как вода вокруг сгустилась, принимая очертания длинной и гибкой змеи. Архип повел пальцами — змея обвилась вокруг меня, связав по рукам и ногам. Я не мог пошевелиться, и мертвец довольно хмыкнул:

— Понял, как?

Я изумленно покрутил головой. Не выпутаться! Из курса физики помню, что воду сжать практически невозможно, требуется уйма энергии и чудовищное давление, а здесь двумя-тремя пассами и десятком слов.

..

— Ничего себе! — прошептал я.

— Научишься! — довольный эффектом, Архип махнул рукой, и водяные путы распались. Слегка обалдевший, я опустился на дно.

Мы еще позанимались, и я понемногу учился чувствовать воду, стихию, к которой отныне принадлежал. Это было удивительно! Оказывается, самая обыкновенная вода впитывает все, к чему прикасается, собирает информацию из воздуха, камней набережной, даже с днищ проплывавших судов — и может хранить ее вечно.

Вода была открытой книгой, и Архип читал ее, как мы читаем развлекательные журналы. Он узнал о моем приближении, едва я выплыл в Неву, он мог сказать, где и куда плывет по Неве баржа или катер, и многое, многое другое.

— Ты должен воду кожей чувствовать, каждую струйку узнавать. Не глазами, нет, — Архип выразительно потряс передо мной скрюченными пальцами. — Нутром, кишками чуять должон! А как почуешь — сможешь волю свою навязать, многое сможешь...

Под водой темнеет быстрее, чем на суше.

Это понятно: коэффициент преломления и тому подобное. Где был этот коэффициент, когда я, в чем мать родила, прохаживался по Обводному, и ни один человек не разглядел этого — вот вопрос! Куда годится вся физика, если у меня на глазах Архип вьет из воды веревки? А говорящий призрак в Лавре, а невидимый старичок? Есть многое на свете, друг Горацио... Да Горацио бы просто охренел!

Ночью без конца просыпался. Постоянно хотелось пить. Устав ходить на кухню, я набрал воды в бутылку и поставил на пол рядом с кроватью.

Незаметно настало утро.

Я созвонился с Юлей, и она обещала приехать. Я навел в комнате порядок, сбегал в магазин за пивом — Юля любит «Реддс», и, приняв длительный душ, стал ждать. Что мне нравилось в Юле — так это ее пунктуальность. Редчайшее для дамы свойство. Никто из моих знакомых не был столь точен, мне нравилось смотреть на минутную стрелку и угадывать, когда раздастся звонок в дверь.