И это все, за что я борюсь

–Я выпустила это слово в ночь, ничуть о нем не жалея. Я нечасто благодарила кого-то из общества – у нас это попросту было непринято – но сейчас сочла это необходимым.

  Лорента пропустила мою благодарность мимо ушей, что было весьма предсказуемо. Женщина не любила лишних слов, тем более тех, которые можно произносить неискренне.

  Периодически я бросала косой взгляд на Бейва. Мне казалось, что он несколько побаивается Лоренты и делает все в точности, как она ему велит. Я усмехнулась себе под нос – нужно будет предупредить парня еще о некоторых странностях этой женщины.

  Мы выжимали из лошадей все силы, и к рассвету на горизонте показались крепкие столичные стены. Дорога здесь была широкая и выглаженная тысячами колес и копыт. Мы обогнали несколько медленно плетущихся к городским стенам телег и под восторженные взгляды зевак въехали в большие ворота.

  Все это время я не сводила глаз с Бейва. Он с прежним детским любопытством разглядывал все вокруг. Иногда его лицо окрашивалось непониманием, а изредка – даже возмущением.

 

  Я хотела оказаться на месте Лоренты. Хотела, чтобы он ехал со мной, а не с ней. Он бы спрашивал меня о каждой мелочи, а я бы объясняла ему так старательно, так подробно, как только умела.

  Утренняя столица встречала нас полупустыми улицами, по мостовым которых разлилось все еще по-летнему теплое солнце. Оно сверкало бликами в маленьких окошках под самыми крышами, плясало в тенях от колеблющихся ветвей и мягко грело мою кожу.

  Серые камни стен замка вдалеке стали чуть светлее от этих лучей.

Где-то там, за одним из этих маленьких угловатых окошек, скрытых тяжелыми шторами или витражами, сидел мой отец. Он наверняка выполнял какое-нибудь королевское поручение или же просто думал, уставившись в одну точку. Интересно, о чем?

  Мы свернули с широкой мощеной дороги на более узкую. Народу здесь было еще меньше, но те немногочисленные личности, что видели нас, не переставали выкрикивать радостные приветствия и махать нам руками в знак уважения.

Общество Кинжала никогда не было обделено народной любовью – оно освобождало людей от докучливых разбойников, карало опасных преступников и участвовало в славных войнах – ну чем не народные герои?

  Чем больше мы приближались к братству, тем сильнее меня захлестывали воспоминания, связанные с этим местом. Здесь я несколько лет училась быть кем-то важным, кем-то, кто знает, какие решения следует принимать, а какие – отбрасывать в сторону.