И это все, за что я борюсь

Я почувствовал бы эти портреты, даже если бы не видел их.

  Словно прочитав мои мысли, Милит поинтересовалась у идущего впереди хозяина:

-Кто все эти люди? Ваши родственники?

-По большей части. –Даже не оборачиваясь, отозвался герцог, -Но есть и те самые «диковинки» моей жены, -Он развернулся, остановившись у одной из картин. В последний момент я потупил голову, чтобы не давать этому змею повода для подозрений, -Узнаете?

-Не-е-е-т. –Протянула Милит.

-Ах, конечно. –Выдохнул Савельти, -Вы слишком молоды, вам не приходилось видеть этого человека.

Даверс. Даверс Благородный.

  Любопытство взяло меня за горло, и я еле сдержался, чтобы не поднять глаза и не посмотреть на своего предшественника.

-Признаться… -Вздохнула Милит, -Я представляла его несколько иначе.

-Но, я полагаю, и герцог Унаберский не оправдал ваших ожиданий? – Савельти уж точно говорил обо мне – так язвительно, даже с презрением.

  Я проигнорировал этот выпад, пока Милит пыталась подобрать какие-то слова.

На миг мне даже стало интересно, что она ответит. Скорее всего, так и было – я не оправдал ее ожиданий, но признаться в этом этому старому змею она вряд ли решится.

  Этим временем Савельти подступил к девушке на шаг и шепнул на ухо:

-Он так тщедушен для боевого мага, не находите?

  Я едва не раскрыл все карты от внезапного прилива злости. Да как это старое насекомое смело так говорить обо мне, тем более, не в глаза, а кому-то еще, шепотом, как последняя крыса!?

  Но к этому моменту Милит уже взяла себя в руки:

-Ничуть.

–Она показательно отодвинулась от Савельти, -Бейв отличный маг, и вы были тому свидетелем. Давайте закончим этот разговор и двинемся дальше.

  Я облегченно выдохнул, когда герцог развернулся и повел нас вперед по коридору. Я успел бросить взгляд на портрет Даверса, и признал то же самое, что и Милит. Совсем не так я представлял себе человека, который побеждал в морских сражениях одним щелчком пальцев. В своем воображении я рисовал кого-то высокого и статного, с мужественным лицом и большими, сильными руками.

  Даверс на портрете был изображен уже в преклонном возрасте, но я подозревал, что и в молодости он был кем-то… подобным. Невысокий, какой-то округлый, с маленькими глазами и такими крохотными, почти детскими руками. Ни единого намека на геройство.

  А мы все шли дальше, и наконец уперлись в деревянную дверь с выцветшим узором в виде каких-то бледных полевых цветов.