И это все, за что я борюсь

Милит права – я люблю собственное уродство, иначе бы я не трясся так из-за любой мелочи, не боялся бы за целость и сохранность этого убогого тела.

  Я медленно прошелся по комнате. С утра здесь было прохладно и даже будто бы сыро. Так заканчивается лето. Здесь чуть позже, чем на моей родине, но все точно по такой же схеме – тот же прохладный ветерок, та же сырость и тот же запах. Правда, здесь все эти запахи смешивались еще с какими-то другими, навороченными и отвратительными, наподобие тех, что я вчера «имел удовольствие» ощутить на дурацком балу.

  Дверь в моей гостиной стукнула, открывшись. Поддавшись какой-то глупой мысли, я пальцами провел по спутанным волосам, желая разгладить их.

-Просыпайся, нам пора на пробежку! –Донесся голос Милит из гостиной. Но шаги ее приближались, и вскоре я понял, что она идет сюда, в мою спальню.

-О, ты уже встал! –С удивлением сказала она. Девушка была уже совсем рядом, ее энергия щекотала мое чутье.

-Как спалось после бала? –Желая поддержать разговор, поинтересовался я.

-Так себе. Все думала, какую ловушку они готовят для нас. Вижу, тебе тоже не очень…

-Это почему? –Мне действительно было любопытно, как она узнала, что я ворочался пол ночи. 

-У тебя круги под глазами. Ты весь какой-то помятый, что ли… Нужно привести тебя в порядок.

  Я ничего ей не ответил. А что я мог сказать, понимая, что с моего нетерпеливого языка может сорваться какая-нибудь несусветная глупость, и все оттого, что я слишком сильно злился на самого себя.

  Мне было стыдно из-за того, что Милит пришлось стать моей служанкой. Не телохранительницей, а именно служанкой, в обязанности которой входит ухаживать за мной, как за растением. Мне нужно было просто принять то, что я неспособен обслуживать себя сам, и, казалось, я давно уже смирился с этим. Теперь же, со смертью Тайра, моя никчемность уязвляла меня все больнее.

-Уже через полтора часа мы должны встретиться с Савельти. –Сообщила Милит.

  Я старательно делал вид, что не боюсь той участи мага, которая уготована мне с рождения. Скорее всего, эта маска срослась с моим лицом так крепко, что только я мог разглядеть щель между ней и моей настоящей кожей.

  На самом же деле я понимал, что у меня нет никаких шансов против того мага, с которым я имею дело – он обезвредил меня одним заклинанием.