Последний секрет.

 Азой доставлялся с дальнего востока, где на фермах выращивали крупных многоногих слизней, что и выделяли эту субстанцию. Далее те выделения разбавлялись перегноем и хранились в бочках около года, после чего азой был готов к применению. Жидкость хорошо горела, даже лучше, чем каменная кровь, и отлично заменяла тепло очага и свет факела, однако лампы и сам азой стоили недешево и применялись преимущественно богачами и благородными.

  – Сладости? Ты не похож на откормленного графа.   – Сказал я, пробуя чай.

Напиток был крепким и терпким, и немного сушил горло, и мне показалось, что он содержал спирт.

  – А, ты не обращай внимания. Я не люблю морские путешествия, и люблю пирожные. В детстве не доедал.

– Ты из бедной семьи? – Удивился я. – Ты что, тоже наемник?

  – Нет, я уже в Корво клане, но рожден был безродным.

Это все значило лишь то, что человек передо мной был неординарной личностью. Добиться членства в клане и все его привилегии было не просто тяжело, – невозможно.

  – Что же ты сделал?

  – Много всего, мой молодой друг. Но давай поговорим о тебе, а? Как ты так быстро добрался сюда, если честно? Ты ведь не гнал всю ночь лошадь, не так ли?

  – Это с чего ты так решил?

  – Если бы ты гнал лошадь, то был бы покрыт пылью с ног до головы, а ещё с трудом сидел на стуле из-за боли меж ног.

  – Да, я шёл пешком, а затем ехал в повозке.

  – И как же ты успел?

  – Я прошел через Саммерфол. Военный маршрут через горы.

  – Непростой маршрут… Может я недооценил тебя, и мне не придется с тобой сюсюкаться, как того требует Бродерик.

  – Не придется, Раст. Я не потревожу тебя.

  – Вот и замечательно, а теперь, не откажи старику, и отведай сладостей, потому что кроме них и солёной рыбы в ближайшие сутки ты еды не увидишь. А теперь, пока капитан не вернулся, ты хочешь ещё что-нибудь спросить?

  – Да, а…

  – Только не о моей кличке.

  – В этом случае, нет.

  – Тогда попробуй сладости. – Усмехнулся Раст.

После чаепития, Раст решил показать мне корабль, и мы спустились в первый отсек трюма, где в темноте, прорезаемой лишь светом солнца, что пробивался через щели в обшивке, стояли бочки с водой и рыбой. Во втором отсеке покоился огромный бур, на тот случай, если придется пробивать стены внутри пирамиды.