Последний секрет.

Рано или поздно этот морок развеется, и этот идеализированный образ исчезнет, канет в провал с ненужными более воспоминаниями.

Веер картин прекратился, канув в темноту. Я не знал, сколько времени продолжался обряд и как долго я находился в этом состоянии, я просто лежал с закрытыми глазами, потерянный, пытаясь разобраться, где я нахожусь.

Я приподнял тяжелые веки, раздвигая приятную и спокойную темноту, впустив в свой мир режущий и тяжелый лунный свет с его суетой и заботами, о которых я успел забыть.

Кто я? Что происходит вокруг?

События с неохотой выстраивались в ряд, и я, будто переживший совсем другую жизнь, должен был теперь заново привыкать к своей.

Боли почти не было, лишь слабые отголоски ещё давили на виски, совсем меня не беспокоя. Я весь вспотел, хоть в келье и было также темно и холодно, как и прежде.

Элия лежала на одеяле, положив голову мне на грудь, прислушавшись, я различил её слабое дыхание.

Слава Анаэлю. На этот раз обошлось.

Некоторое время я просто лежал, боясь пошевелиться, переосмысливая всё произошедшее.

Стелла-сит, Келсо. – Пробормотал себе я.

– Элия, Эли…– Потряс я её. – Очнись.

Она приоткрыла глаза, непонимающе изучая моё лицо. С ней происходило тоже что и со мной, поэтому я дал ей время прийти в себя.

– Где я? – Сонно спросила она. – Что происходит?

Я молчал, ожидая, когда реальность вернется к ней.

Она огляделась и удивлённо посмотрела на меня.

– Я в твоей кровати?

– Эли, вспоминай.

Она нахмурилась, пытаясь сосредоточится, и глаза её медленно наполнялись пониманием. Наконец, она облегчённо рассмеялась и перекатилась, развалившись рядом на тесной кровати.

– У меня получилось, Грэй. – Произнесла она с довольной улыбкой. – Получилось.

– Ты изменился, Грэй. – Произнес Ефада, грея руки о тепло камина. Он смотрел лишь на свечение углей, будто разговаривал с ними, а не со мной. – Не девица ли этому причина?

– О чём ты, старик? – Я присел в кресло рядом с ним.

– Вспомни себя год назад. Ты был зол, словно зверь. Мог неделями проводить у себя в келье и не с кем не общаться, свет солнца пугал тебя, а нелюдимость страшила послушников.

– И при чём здесь девушка? – Не понимал я.

– Я не знаю, потому и спрашиваю. – Уклончиво ответил он.

– Ты против того, чтобы она находилась здесь?

– Дело не в этом.