Последний секрет.

– Не думаю, что этому можно научиться.

Выдержав недолгую паузу, я спросил:

– Ты сказала, что не знаешь, ждут тебя дома или нет, что это значит? У тебя есть семья?

До этого, я не касался разговоров о её доме, но сейчас этот вопрос казался вполне логичным.

– Нет. У меня почти никого не осталось. – Ответила она с тоской в голосе. – Мой отец умер несколько лет назад, а мама задолго до того, как мы прибыли сюда.

– Больше никого нет?

– Был старший брат, но он погиб в вылазке, где-то в ваших землях. Когда не осталось никого, кто бы мог меня защитить, за меня взялись учителя.

Они штудировали мой дар, не давая отдохнуть, запрещая спать. Они считали, что от недомогания мой разум будет чище, и я смогу лучше слышать мысли. Я сбежала оттуда, Грэй. Меня не должно было быть в той экспедиции.

– Расскажи мне. – Вкрадчиво подтолкнул её я.

– Мой друг, Полин. Тот, что умер в лодке от ран. Он помог мне бежать, подготовил место и одежду, что бы я попала в группу скаутов.

– Зачем ты бежала? Ты же знала, что здесь ты не выживешь?

– Не поверишь, но я… хотела посмотреть на мир.

Так устала сидеть в своей учебной камере, что желание сбежать возобладало над голосом разума. Я не думала даже, что останусь одна в чужом мире, для меня это было что-то вроде экскурсии.

– Твой друг. Наверное, он подставился, когда брал тебя с собой.

– Да, он был уверен, что по возвращению, его ждет наказание.

– Похоже, вы были довольно близки.

– Не то что бы. Он любил меня.

Она сказала это просто и без особых эмоций.

– А ты?

– Я не подпускала его слишком близко.

– Отчего же, он что был пьяницей или распутником?

– Нет, просто однажды я нарушила запрет и проникла в его мысли. После этого, я поняла, что зря это сделала. Невозможно любить человека, когда слышишь его в помыслы в своей голове. Все даже самые изощренно скрытые секреты и страхи становятся явью. Я стала чувствовать некое отторжение к нему.

– Странное слово.

– Но лучше слова не подберешь. Мой разум отталкивал его, а подсознание заставляло держаться подальше.

… Это звучит ужасно, как и то, как я поступила по отношению к нему. Наверное, лучше было бы, если бы он сейчас был здесь, а не я.

– Ну, не знаю… – Протянул я.

Но ей весело не было. Увидев её настрой, я решил исправиться, переводя тему нашей беседы.

– Это случалось каждый раз, когда ты проникала кому-то в голову?

– Да. Словно проклятие. Но это продолжалось лишь до того, как я коснулась твоего лба.

– Что это значит?

– Отторжения не было, было слияние.