Лабиринт из окон

— Считаешь, что нужно сидеть дома, закрывшись в четырёх стенах и беречь свою боль? Марк, если ты думаешь, что, отпустив боль и найдя смысл жизни, предашь семью, то ты не прав. Они останутся с тобой. В твоей памяти.

— Оставь меня в покое и уходи, — глухо сказал Марк. В его голосе не было эмоций, но Даша поняла, что он зол.

— Я уйду. Но тогда ты останешься один. Ты этого хочешь? — спросила она, оставляя коляску в зимнем саду. — Ты ответишь, что это тебе нужно, но это не так. Ты уже был один. Пора с этим заканчивать.

Кстати, где твои друзья? Никто не пришёл тебя навестить.

— Значит такие оказались друзья.

— Жаль, но такое бывает. Послушай. — Даша положила ему на колени плеер. — Мы с ребятами недавно записали две песни. А я сейчас подойду. Мне нужно в ординаторскую заглянуть.

Даша продолжала находиться в хорошем настроении. Динамика росла, переходя в положительную. Пациент начинал реагировать на жизнь. Стал интересоваться происходящим в округе. Попросил доступ к интернету, но пока ему в этом было отказано.

Даша отметила для себя, что нужно спросить для чего ему нужен был интернет. Пока она разговаривала с лечащем врачом, в ординаторскую подошёл отец Марка. После разговора с ним, Даша на какое-то время выпала из реальности.

Слова нашлись сами собой. Можно долго ходить вокруг да около, но честность в отношение с Марком пробивала к нему дорогу. Марк так и сидел на своём месте, смотря в окно. Серые тучи продолжали нависать над городом, только теперь они оставляли дождь на стёклах.

— Ты красиво поёшь, — сказал он.

— И слова правильные, но до безобразия наивные.

— Людям необходимо верить в сказку. Кто-то должен говорить, что эта сказка существует, — ответила Даша. — Почему этим человеком не могу быть я?

— Сколько ты работаешь в своей профессии?

— Не так давно, чтоб очерстветь и не так мало, чтоб понимать, — ответила Даша. — Мама Тони попала в больницу с инфарктом. Ей прислали фотографии до момента преступления. Полиция вычислила, кто это сделал. Им оказался один совершеннолетний.

Брат одного из учеников. На него и повесят всю вину.

— Как ты думаешь, это справедливо? — спросил Марк. Он выглядел слишком спокойно для человека, который должен был испытать хоть какие-то эмоции по делу, что так его волновало.

— Справедливо, что другие останутся на свободе?

— Нет. Справедливо ли пожертвовать одним человеком. Чтоб справедливость восторжествовала? Чтоб остановить стаю?

— Зачем тебе был нужен интернет? — спросила Даша.

— Общаться.