Луна в перигее

Шерон попыталась встать, но её остановили крепкие руки. Они легли ей на плечи и потянули на себя. Бенуолтерс откинулась на спинку дивана. Мороз пробежал по коже от прикосновения. Шерон боялась повернуть голову. В мозгу зародились мрачные мысли, что Пол выкинул неудачный фокус и расплачиваться придётся ей. Но что здесь делает Робин? И как она так быстро оказалась здесь, у себя дома? Последнее, что помнила Шерон: библиотечный кабинет, учеников и глухие удары на улице. А потом появился незнакомец и дальше всё как в тумане.

- Извини за столь поздний визит, - произнёс из-за спины мужской голос. Он не появлялся перед глазами, нагнетая обстановку и заставляя мысли сворачиваться в плотный клубок. – Если ты думаешь, что твой нерадивый «муженёк» что-то сделал не так и потому я здесь, то можешь не волноваться: я не по его душу.

- Тогда кто ты? – дрожащим голосом прошептала Шерон. Горло пересохло, и она едва держалась, чтобы не закашлять. – И что тебе нужно?

- Мне нужно поговорить с тобой, - продолжал всё тот же спокойный голос.

За спиной послышались шаги: медленные, но уверенные. Шерон бросила взгляд на появляющуюся чёрно-белую фигуру. Сначала Бенуолтерс увидела брюки, затем – белую рубашку. Мужчина был высокий и широкий в плечах. И он не спешил поворачиваться.

- Моя бабушка умерла.

- И оставила тебе дневник, - наконец, мужчина повернулся. – Меня зовут Маркус. Мы с тобой уже виделись, - едва заметная улыбка коснулась его тонких, как струна губ.

- В библиотеке, - с придыханием ответила Бенуолтерс.

С кухни донёсся женский смех, невнятное бормотание и на пороге гостиной появилось две фигуры: высокая и низкая. Маркус бросил на вошедших сердитый взгляд. Девушка скривилась в недовольной усмешке, глянула хищным взглядом на Шерон и, схватив Робина за шиворот, потащила за собой обратно на кухню. Робин возмущался, но его голос приглушила закрывающаяся дверь.

- Этому парню нужно поучиться сдержанности.

- Почему он здесь? Какое он имеет ко всему этому отношение?

Маркус вздохнул.

- Я думал, ты спросишь о Мелиссе или хотя бы о том, откуда твоя бабушка меня знает, - он вскинул левую бровь, усаживаясь в кресло. – Но ты думаешь о своих учениках. Что ж, я не знаю причём здесь Робин, - Маркус развёл руками. – Меня больше интересует твоя персона, Шерон. И то, что ты можешь сделать с оставшейся частью человечества.