Луна в перигее

Девушка осталась один на один в неравной борьбе с Рэндольфом, и ребятам не удалось ей помочь. Когда они вышли из библиотеки, за ними закрылась дверь.

- Он сегодня не в духе, - сказал Робин, подёргивая футболкой, будто бы ему стало жарко. - Я не завидую Шерон. Интересно, она справится с ним?

- Мисс Бенуолтерс, - встрял Брон. - Её зовут мисс Бенуолтерс. И она найдет, что сказать ему. Я уверен.

Парни шли к выходу.

- Да ты старомоден, как я погляжу, - Робин усмехнулся и хлопнул друга по спине. - Но ты не сказал ей того, что хотел.

Они остановились у самых дверей.

- Я знаю. Но ты видел в каком она состоянии, – он вздохнул. – Нужно подождать её на стоянке и сказать, чтобы держалась подальше от Кельвина.

Робин кивнул, подкидывая рюкзак на плече. Он полностью поддерживал решение Брона, но не хотел делиться собственными мыслями по поводу сложившейся ситуации.

Ребята не успели толкнуть дверь, как она распахнулась, и на школьном крыльце показался Кельвин Дорс собственной персоной.

- Где она? Я слышал её сердцебиение, - Кельвин смотрел Брону в глаза, а со стороны казалось, что оборотень проникает в душу. 

Но только Брону было ясно, что альфа сосредотачивается, отфильтровывает посторонние звуки. И ещё он понял кое-что другое, хотя даже не думал, что это возможно.

- Тише, тише, чувак! Ты знаешь, что твой озабоченный взгляд скорее напугает девушку, чем заставит благоговеть от чрезмерного внимания, - произнёс Робин.

В ответ он получил взгляд истинного альфы, полный голода и жажды перегрызть кому-нибудь глотку. Но его настроение уже нашло две жертвы, которые стояли за спиной.

– Посмотрите, кто тут у нас.

Двое рослых парней стояли на ступенях, залитые полуденным солнечным светом. На их лицах появились злорадные улыбки.

– Убирайтесь, пока я не разодрал вас на части и не прислал вашему боссу по почте, – огрызнулся Кельвин.

Коридор успел опустеть, и всем без исключения было слышно, как открылась дверь библиотеки, и мистер Рэндольф выпроводил помощницу, как нашкодившую ученицу.

Ярость Кельвина сменилась сожалением и сердце наполнилось неведомым до этого дня чувством заботы. Он посмотрел на Робина.