Все бури

— Поскольку мне известен тайный-претайный проход в ваше дивное место, я сунулся именно туда. И не прогадал. Ваш хранитель, правда, убеждал меня, что он действовал волей богов, равновесия и прочая, ну да ладно. Пусть он вам расскажет, что и как.

— Как дела в Черном замке? — торопливо спросил Майлгуир.

— Джаред держит оборону, — также тихо ответил Мэллин. — А бессовестные ши ждут возвращения короля.

— Это правда? — спросил своего хранителя Ллвид. — Ты в нарушение всех правил баловался магией смерти? Кто дал тебе это право и эту силу, говори!

Хранитель поднял голову, обвел всех сумрачным взглядом, остановился на Майлгуире и поморщился.

Мэренн сделала шаг вперед, то ли закрывая любимого, то ли будучи готова отвечать за свои слова. Майлгуир не стал отодвигать ее. Просто обнял, прижал к себе — и сложил руки на ее груди.

— Я не собираюсь ничего вам говорить, — твердо произнес хранитель. Такой же бесцветный и мрачный, как тот, что живет в Черном замке.

— Ты будешь перечить мне?! — возмутился Ллвид.

— Я могу вывернуть его память, — уронил Майлгуир, и Мэренн вздрогнула в его объятиях. Насильственное раскрытие памяти означало стирание памяти вообще, но короля бы это не остановило.

— Не по-лу-чит-ся, — хихикнул Мэллин. — Такие подлюки всегда подстраховываются.

— Что? О чем ты? Принц Мэллин, может быть, вы перестанете э… Может, вы все поясните для нас? — снизошел до просьбы Ллвид.

— У него блок на смерть, неужели не понятно? Он же у него на лбу нарисован!

Все волки, и Ллвида, и Майлгуира, уставились на лоб хранителя так, словно там и впрямь было что-то нарисовано.

Мэллин надул щеки, заложил руки за спину и прошелся с важным видом.

— У короля заживи, у королевы заживи, у хранителя заболи! — весьма довольно произнес он и ткнул указательным пальцем в лоб хранителю. Тот отшатнулся и оскалился.

— Уберите от меня этого… этого… паяца!

— Достопочтеннейший Ллвид, позвольте мне продолжить! — поклонился Мэллин.

— Дозволяю, — сквозь зубы уронил белый волк.

Мэллин опять сверкнул улыбкой так, что начали подтаивать ледяные шапки.

— Угрюм, знаешь ли, предан тебе, брат. Очень предан.