Все бури

— Можешь рассчитывать на меня брат! — обрадовался Мэллин. — С твоего разрешения! Светлый Луг, да ты пушинка, — шепнул он Мэренн, подхватывая ее на руки. Было приятно, но Мэренн прекрасно знала, какие тяжелые у нее кости. Вывернула голову, чтобы взглянуть на мужа: признание слабости было для него само по себе делом тяжким.

Он перекинул руку на плечо Кормака. Лагун осматривал проход.

— Я не вижу Гранью, — прошептала Мэренн.

— Они сзади. Сердитая дочка Ллвида под защитой Антэйна. Судя по перевязанной руке и грозному виду, он жив и очень зол.

Все целы. Пока, ха-ха. В общем, все целы!

— Факелы? — тихо спросил Кормак у Лагуна.

— Нет! Не уверен, что тут нет газа. Чем выше, тем светлее будет и тем шире эти линии, ориентируйтесь по ним, если что. Но лучше не отставайте.

Волки двинулись вперед торопливым шагом, почти трусцой. Настолько быстро, насколько мог передвигаться король, шедший впереди. Он оглянулся единожды.

— Он не хочет детей, да? — прошептала Мэренн в плечо Мэллина. — Я поняла! Это для него еще одна ноша-а-а! — сорвалась она на плач.

Мэллин каким-то образом умудрился постучать ее по спине и чуть ли не хрюкнул.

— В твоем положении это нормально, рыдать без повода. Поплачь в свое удовольствие! Теперь можно дать волю и слезам, то-то все удивлялись, какая ты стойкая, а ты просто без души переживала, ничего-ничего, теперь с душой попереживаешь, — торопливая речь принца успокаивала просто на удивление. — Но если ты чуть подождешь, пока мы выберемся из этого каменного мешка, я буду чрез-вы-чай-но тебе признателен! А там мой брат развеет все твои сомнения.

Он это умеет, поверь.

Мэренн прикрыла глаза, кляня себя за малодушие. Майлгуиру приходилось куда тяжелее, он наверняка винит себя во всем. Дышалось с трудом, и как Мэллин обходился без повязки? Он шел размашисто, но ровно. Мэренн потеряла счет времени. Она вздохнула раз, другой — и поняла, что воздух почти чист. Приоткрыла веки, не в силах сдержать любопытство. Факелов не было, но овальные стены, испещренные непонятными письменами или ломаными линиями, источали слабый свет.

Следуя указаниям Лагуна, волки несколько раз резко сворачивали. Линии на стенах стали толще и, расширяясь, шли снизу вверх. Последний проход был столь узок, что Мэренн испугалась, не потерялись ли они. Может, они повернули обратно и теперь торопятся туда, где все ещё горит предвечный огонь? Лагун скользнул вперед, чувствуя себя уютнее всех в этом каменном лабиринте.