Все бури

И она была рядом как друг, не переставая надеяться на большее, как бы ни чурался ее Алана как женщины и что бы ни прятал так тщательно в своем прошлом и настоящем…

***

Джаред приказал стражам не будить Лианну, что бы ни случилось. Он сам узнает у Фордгалла причину их появления, хотя и так понятно — убит наследник одного Дома, обвиняют второй. Сейчас дело только во времени — в отсутствии владыки Благого Двора Дома способны на многое. Щадить сон лесного лорда Джаред не собирался, но, проходя широкими коридорами до покоев лесовиков, он неожиданно для себя свернул к обители одной очаровательной белошвейки, чьи умелые ручки порой словно возвращали магию одежде, даря если не защиту, то хотя бы спокойствие ее носителям.

И наткнулся на Алана. Алана непривычно взъерошенного и привычно незаметного, крадущегося чуть ли не по стеночке.

— А-лан, — тихо позвал советник.

И серая тень, почти исчезнувшая в стене, вздрогнула, проявила себя, не в силах противостоять зову Джареда. Как уже было один раз, пусть очень и очень давно…

Советник вздрогнул, отгоняя кошмарные воспоминания о том времени, когда ему пришлось жить без Алана.

В конце концов это стоило вспомнить хотя бы для того, чтобы в очередной раз попробовать понять: что же тогда произошло, что такого сказала Этайн и отчего рухнул весь Нижний мир.

***

Майлгуир, потерявший Этайн, зверствовал, характер не смягчила даже смена имени, но возле него сейчас был принц, и Джаред мог спокойно отчитываться на расстоянии.

Потом пропала мысленная речь.

Магия проваливалась с уровня на уровень, отмирая сверху, опадая осенними пожухлыми листьями.

Дни складывались в недели, и мир, потрясаемый бурями, приходил в себя, собирался уже иным. Ши, теряя магию, осваивали ремесла. Ши стали умелыми мастерами, но…

Алана, закрывшего собой владыку от удара, не было. Алан не умер, Алан пропал. Его, закрывшего собой короля, втянуло в камень Черного замка. Джаред отказывался верить, что это насовсем. Иногда приходил в его покои, заглядывал во все комнаты.

Сидел и ждал подолгу, сам не зная чего, в своем кресле у камина... А кресло рядом сиротливо пустовало.

Пустело все. Магия уходила. Механесы, выполнившие массу работы по обустройству замка для новоприбывших, замерли статуями. Надежду внушало лишь то, что звериные головы продолжали осмысленно реагировать и следить за происходящим. Бдительность иногда отказывала волкам, но не Черному замку.

А Джареду отказывал рассудок.