Песнь золотого дракона

— Милая Виа, может быть, ты разрешишь Коргану самому ответить? — спросила принцесса.

— А я что, пилик, запрещаю?! — феечка едва не рухнула с плеча Коргана, тот придержал её, совсем забыв, что нахалка вполне себе крылата. — Я что, пилик, вам тут помешала?! Ну и, пилик, пожалуйста! — негодующе пиликнув напоследок, унеслась прочь.

— Так как, сэр рыцарь? Вам есть что возразить? — насмешничала прекрасная альва.

Корган нахмурился и пожал плечами на пробу. Ничего не болело. Переступил ногами, даже покрутил головой.

Корган сжал губы в ниточку, как старый дуб, и молча покачал головой. Теперь сил было слишком много для простого человека, потому что Эмеральда начала рисоваться ему в самых откровенных позах. Он сосчитал до десяти и выдохнул, прогоняя прекрасные, но совершенно неуместные сейчас видения. Одно дело — откровенно восхищаться, другое — мысленно обладать.

— Тогда пойдёмте танцевать! — ещё больше обрадовалась принцесса, замечая перемену в настроении Коргана, схватила его за руку и потащила к яркому кругу у костра, внутри которого плясали альвы.

Мешать их празднику вовсе не входило в планы рыцаря, поэтому он придержал принцессу за локоток, когда они оказались в границах неровного света: вовсе не обязательно заявляться прямо в центр поляны, чтобы потанцевать. Что именно подумала Эмеральда, осталось загадкой, но она улыбнулась снова, с готовностью принимая позу для начала танца.

Как исполнять танцы волшебного народа, Корган не знал совершенно, но отказывать принцессе было недостойно рыцаря, да и мелодия лилась медленная, будто специально для него. Одним словом — отступать не годилось.

— Что же вы? Неужели я пугаю вас больше, чем вероятность гибели в землях бессмертных? — Эмеральда сама покраснела от собственной дерзости, видимо, тоже преступив черту обычной своей храбрости.

— Не смею надоедать вам своим обыкновенным обществом, — рыцарь с готовностью перехватил её ручку, покружил, остановился, позволяя обойти вокруг себя. — К тому же пугаться должны вы: есть вероятность, что я отдавлю вам все ноги.

— Вы, как обычно, опасаетесь сущих нелепиц, возводя их в серьёзное звание препятствий, — Эмеральда светилась сама, поэтому танцевать вдали от костра было легко.