Тик-так

Ведь для меня очевидно, что поток времени несет в себе объекты материального мира, обтачивая, изменяя и разрушая их под действием простейших механических сил кинетического или полевого взаимодействия. И если поток обратить вспять, то и объекты двинуться вспять, меняя свои состояния. Это как лист в реке. По естественному ходу вещей он движется вниз по течению, а приложи к потоку энергию и обрати его вспять, лист двинется вверх по течению. Только и всего. Поэтому в прошлом не получится встретить своего двойника.

Масса не возникает из ничего и не превращается в ничто. От того, что лист двинется вверх по руслу реки, он не раздвоится. Это будет тот же самый лист, но его увядание обратится вспять, только и всего. И дедушку своего не получится убить до собственного рождения, потому что невозможно отправиться в прошлое дальше, чем момент рождения. Точнее можно, ведь все атомы, составляющие тело, никуда не денутся,  так и будут двигаться в прошлое, до самого момента Большого Взрыва. Но только это будешь уже не ты. 

Главной трудностью для меня стала локализация потока времени, поиск возможности обратить его лишь для одного выбранного объекта. А другим дать и дальше двигаться по течению времени, в будущее. 

Постепенно доводя передаточные числа редукторов и силу броскового импульса я смог это сделать. И как только вышло, я сразу, из любопытства, устроил себе «неделю сурка», трижды отправлялся на семь дней назад, и трижды проживал их по-разному.

Потом надоело. 

Несколько раз мне приходилось вносить изменения в машину, почти полностью ее разбирать, перепиливать, менять передаточные числа редукторов, добавлять конденсаторы для смягчения влияния индукции главного соленоида. Наконец мне удалось отработать все так, чтобы переносилось только материальное тело, а информация нейронных связей в мозгу оставалась прежней, что позволяло мне теперь, оказавшись в прошлом, осознавать сам факт перехода, помнить себя, свое прошлое и свое будущее.

 

Отладка меня утомила. Дело в том, что моментальный скачок я мог сделать только в прошлое. И хотя сама машина при этом не разрушалась, и строить заново ее не приходилось, но обратно в будущее все равно приходилось двигаться своим ходом, что называется, минута за минутой, день за днем. 

Это было главной причиной, почему я так долго откладывал главный прыжок в прошлое, ради которого и строил машину.