Прогулка по лезвию горизонта

– Сиди там! Я Ленку тебе закину, а сам поеду по направлению к гостинице. Может они там уже. А вы по аэропорту походите. Она знает их физиономии. Может найдете там.

– Хорошо! Спасибо, Ваня!

– Все норм, Старик! – он отключился.

Я представил себе, как мой друг сейчас сидит на переднем сиденье рядом с водителем и улыбается. А сзади собранная и немного овеянная каким-то чистым вдохновением его жена. Да! Все-таки образы наших друзей – это проблеск счастья.

Мне немного полегчало. Но разговор с женой тут же всплыл в сознании и с оглушительным грохотом занял свое господствующее положение в моей итак воспаленной голове.

Что же это? С Ромкой надо говорить немедленно! Я не могу допустить его отъезда. Его выходка – просто дикость. Я ни в коем случае не потеряю его. Ведь сын единственное существо, которое я люблю. Увы! Я давно признался себе в этом. Родителей моих давно не стало, а жена… Что тут сказать. Я всегда очень жалел ее. Мы прожили двадцать лет и конечно ее нервы были ни к черту. Возраст. Усталость.

Да что тут говорить.

Когда у него самолет? Послезавтра! Новосибирск. Ну уж дудки! Возьму ремень если понадобится. Однако с парнем надо обстоятельно беседовать. Убеждать. Другого выхода нет. Хотя вполне понятно, что в таком состоянии он никого слушать не будет. Нет. Звонить не буду. Поговорим вечером.

Я немного расслабился.

– Людям иногда трудно друг друга понять. Особенно когда между ними годы. – сказала ОНА.

Девушка с прямыми и очень светлыми волосами сидела со мной рядом и приветливо смотрела прямо мне в лицо своими огромными зелеными как тропическая лагуна глазами.

Она была высокой. Даже через чур для ее хрупкого сложения. На ней был белый короткий пиджак и темная водолазка с воротником под горло. Изящные маленькие руки с длинными тонкими пальцами целомудренно лежали на коленях, одетых в светло-голубые джинсы. Волосы были распущены и небольшой простенький ободок с бабочкой поддерживал ее челку и обнажал высокий белый лоб.

Я почему-то затруднился оценить ее возраст.

И тогда в первое знакомство и потом много дней спустя. Может ей было двадцать. А может и в два раза больше.

Она до сих пор иногда всплывает перед моими глазами именно так как я увидел ее впервые. Простая, но без скромности. Непосредственная и открытая. Небесная бескрайность и захватывающий душу восторг.

Когда я вдохнул аромат полевых цветов, исходящий от нее то почувствовал, как голова моя очищается. Все каналы. Все нейронные связи. Каждый уголок мозга.