Шанталь, или Корона против. Часть первая

У Леона в планах были револьвер и окно. У дяди – аллергия на клубнику и бескровный вынос моего тела к целителю.

Я смерила взглядом высоту третьего этажа, получила подтверждение, что веревка будет лишь из простыней, и выбрала клубнику. И теперь кляла себя за то, что согласилась.

Леон был отправлен обратно в окно с напутствием:

- Как хочешь, но чтобы через полчаса ждал нас у дверей.

Мне же досталось самое трудное.

- А это точно надо разжевать и проглотить? – я вертела в руках нечто, напоминающее смолу.

- Если будешь долго думать, оно опять застынет.

Дядя отобрал комок.

- Открывай рот.

Я замотала головой. Дядя прищурился, а потом ловко зажал мне нос.

- Вот так, - комок оказался у меня во рту, - а теперь будь умницей и хорошенько его разжуй, а то застрянет внутри и прилипнет.

Я не хотела жевать, не хотела глотать, но спорить с дядей у меня никогда не получалось.

Пришлось жевать нечто склизкое со вкусом гнилой картошки, а потом еще и глотать.

- Молодец, девочка. Теперь ляг. Прикрой глаза. Скоро все закончится.

Не знаю, что там должно было закончиться, но только я легла, и меня перестало тошнить, как живот скрутило, а потом оттуда стали расходится волны жара. Навалилась жуткая слабость, глаза стали такими тяжелыми, словно на них насыпали горячий песок, а следом пришел озноб.

- Эй, человек, – дядин голос доносился словно издалека, - живо зови хозяина.

Затем голосов стало больше, они размножались, повторяясь эхом в моей бедной голове.

- Это что?

- Что это?

- Нет, это я вас спрашиваю: это что?

- Это вас надо спросить! Вы с ней оставались.

- Ах, меня! Смею заверить, я тут не при чем.

- Все вы так говорите. Тогда что с ней?

- А вы не видите?

- Я, знаете ли, не лекарь.

- Я тоже, но пятна на щеках, жар и руки, обратите внимание на руки, видите, как пальцы раздуваются?

- Допустим.

- У девочки аллергия на вашу клубнику.

- Чушь! Мы сотни лет едим клубнику, и никогда не слышал, чтобы кому-то стало от нее плохо.

- Вы – может быть, но она – не местная. Мы теряем время. Либо я сейчас везу её к целителю, либо иду за постовым. Мне, знаете ли, проблемы с законом не нужны. Я – честный гражданин.

- Я – тоже.

Молчание, звон монет.

- Хорошо, везите.

Меня берут на руки, я слышу дядин голос: «Потерпи, еще чуть-чуть».

Запахи. Снова эти отвратительные запахи духов и пива.

Прохлада улицы. Дядин голос.

- Извозчик!

Стук копыт.