Узнай меня

Теперь он пребывал в шоке и пытаясь осмыслить сказанное, лишь потрясенно молчал.

Голос Фиэнн дрожал, но говорила она уверенно.

— Я поняла, что вы отличаетесь от всех, еще в тот первый день, когда нас, как рабов, дайны погнали в лагерь. И потом, когда вы тайком выводили нас показывая куда нужно бежать. Как рискуя своей жизнью, ради меня, подвернувшей ногу, вы перебили тех, плохих дайнов и перенесли сюда. Я никогда не боялась вас и меня не смущал ни ваш вид, ни ваши шрамы…

— Фиэнн, прекрати пожалуйста, — взмолился Урмэд, — Я делал свою работу.

Тут нет ничего личного. Ты осталась здесь, потому что сирота и тебе некуда идти. Не преувеличивай моих заслуг и добродетелей.

Даже слуги наверняка не знали, кто он на самом деле. Думали, что просто заслужил доверие Эндвида и действует в интересах айданара.

Она вновь всхлипнула, блестящими от слез глазами посмотрела на него.

— Это не так! В этом доме вы всех спасли. Подарили жизнь и надежду, и еще …любовь. Я бы никогда не отвергла вас и мне безразлично, что говорили бы остальные.

Да, я люблю вас и не могу больше молчать. Как жаль, что я решилась так поздно открыться вам! – отчаянно воскликнула она, — А когда вижу отношение к вам принцессы, то готова выцарапать ей глаза!

Последнее она произнесла жестко, как ревнивая, бескомпромиссная соперница.

Урмэд подавил стон.

— Фиэнн, — начал он, аккуратно подбирая каждое слово, — я очень тронут твоим признанием. Поверь, мне так же лестно, как и нелегко было его слышать. Но…

Фиэнн горько всхлипнула, отчетливо понимая тяжесть этого «но».

— Но ответить на твои чувства, ровно, как и на чувства любой другой девушки, будь она на твоем месте, я не могу. Это не в моей власти. Я решил для себя не иметь никаких отношений и более того, привязанности и симпатии мне будут только мешать. Это мой давний выбор, и я не хочу ни тешить тебя пустыми надеждами, ни обманываться сам. Прости.

— Но я же вижу, что вы неровно дышите к Иэнель! Как смотрите на нее! Чем я хуже? Мне не нужна свадьба…

— К Иэнель мои слова относятся точно так же, как и к тебе.

Что бы я там не чувствовал, это… это ничего не меняет, — горько закончил он, до конца для себя осознав, что всё именно так.

Фиэнн плакала, но нашла в себе силы ответить.

— Это вы меня простите. Я не должна была вам об этом говорить. Но… мне не жаль ни испорченной еды, ни её страхов. Извиняться перед Иэнель я не стану.

— Только пообещай больше не делать пакостей и не трогать мои картины.