Узнай меня

— Река Анх, священная для всех людей тут, — объяснил Арнав, — В ней нельзя лить грязь, кидать смерть, только пить и омывать уже чистое тело. Кроме сейчас, сейчас краску мыть можно.

Иэнель и Урмэд кивнули.

Когда впереди перед ними оставались четыре пары: два парня, потом парень девушка, две девушки, опять парень-девушка, Урмэду стало немного волнительно. Что-то это действо ему напоминало, но мысли разбегались от количества событий, происходивших вкруг, а может и от дыма курений, витающих в воздухе? Пытался следить за толпой, контролировать ситуацию, но вскоре стало понято, что это практически нереально.

Он посмотрел на Иэнель Она давно сняла загораживающую лицо ткань – все равно под обилием пудры ее не узнать — и не выказывала беспокойства. Увлеченно смотрела по сторонам, улыбалась и даже пыталась вызнать у Арнава, что это за чудесные цветы у нее на шее и шеях всех остальных.

Что отвечал местный, Урмэд не услышал, потому что они оказались перед вратами.

На постаменте, возвышаясь в человеческий рост, сидели два изваяния богов – мужчины и женщины, со скрещенными ногами, одетые в национальную одежду - то бишь замотанные в яркие ткани, и держащие руки, сложенные «лодочкой» перед лицом.

Полная, но удивительно красивая, и не менее грациозная женщина в красном наряде с золотой отделкой, ласково улыбнулась им. Зачерпнула из чашечки по горсти краски – для Иэнель желтую, для Урмэда синюю – по цвет их ожерелий и щедро намазала щеки.

Помог Арнав.

— Сегодняшнее земное воплощение богини спрашивает, готовы ли вы принять в себя свет богов?

Иэнель посмотрела на дайна, улыбнулась и они согласно кивнули.

Урмэда не покидало чувство неправильности ситуации, а когда наконец до него дошло, то было уже поздно.

Их руки сложили вместе, дали выпить из одной чаши, осыпали лепестками, семенами и отпустили с миром.

— …Так свершиться воля богини! – перевёл напоследок Арнав.

Еще под впечатлением своего ужасного прозрения он вместе с Иэнель вошел в воды священной реки.

«Дабы смыть краску с лиц и предстать друг перед другом такими, как их сотворили боги». Вещал на заднем плане вошедший в раж Арнав.

— Целовать! Целовать надо! – пояснил доргар.

— Что? Зачем целовать, кого? – переспросила возбужденная Иэнель, с удовольствием смывая тонну пудры с лица рядом с остальными принявшими «благословение».