Узнай меня

Взяла в ладони его лицо и активировала те крохи лечебной магии, что были доступны ей после нейтрализатора. Сняла боль и чуть подсушила.

Села рядом, обняла.

— Не говори ничего, — шепнула она, еще больше прижимаясь к нему, зарываясь носом в волосы, пропахшие табаком и ночью.

Он не посмел ее обнять, еще больше сжался, крепче обнимая колени. Они довольно долго просидели так. Слушая тихое тиканье хрономера, писк последних не впавших в спячку местных летучих мышей, тревожную тишину ночного замка. Слова были лишними.

— У тебя поесть ничего не найдется?

Молча наблюдала, как он сосредоточенно орудует ножом и вилкой. Он почувствовал взгляд и предложил порезанный кусочек мяса.

— Съешь хоть что-нибудь.

Отрицательно качнула головой, но потом «украла» четвертушку обжаренного до золотой корочки картофеля. Вяло прожевала.

— Я с утра поем.

— Обещаешь?

Она кивнула и улыбнулась.

— Сегодня к вечеру агент должен добраться до шестого дистрикта и предупредить наших. Когда я получу сигнал оттуда, будем начинать. Осталось немного, потерпи, — мягко сказал он. Во взгляде сквозило сожаление и тоска.

Иэнель положила голову ему на плечо.

— Я в порядке, правда.

Он ничего не ответил, тяжело вздохнул и залпом допил оставшееся молоко.

— Светает. Мне пора, — целуя ее в макушку и вдыхая любимый запах, шепнул он. Всерьез опасаясь, что она отвернется от него, что ее кольцо окажется у него на пальце.

Иэнель поцеловала его в щеку и молча отстранилась.

— Удачи.

Глава 32

Ремерд был в ярости. Столько усилий пропали зря! Лучший порошок, что он достал, пошел на шлюх и прихлебателей Рахнарда. Он так надеялся, что император увидит и поймет, что Урмэда с принцессой что-то связывает, но этот идиот так закинулся, что потерял всякую связь с реальностью. Ладно, хоть полюбовался на исполосованную задницу принцессы. По крайней мере, хоть так, но он им отомстил.

На следующее утро Ремерд был в комнате у императора. Тот был потен, бледен, пил светлое пиво, матерился и держал лед на виске.

Рядом с кроватью в луже мочи и крови лежала вчерашняя служанка. Она была жива, но боялась даже двинуться и позвать на помощь в присутствии господина. Или скорее всего была еще под действием наркотика из-за чего острой боли пока не чувствовала.