Узнай меня

— Повторяю еще раз: Кто тебя послал?

Девчонка не выдержала.

— Всех не перевешаете, — прошипела она, — придет время и такие как ты будут молить о пощаде, но пощады вам не будет, за пролитую кровь платят кровью. За всех изнасилованных женщин, поломанные судьбы их мужей и детей-сирот. За всех, кого ваш кровавый император сейчас презирает и думает, что нас нет. Но мы есть, и скоро ты об этом узнаешь, тварь.

Она издевательски засмеялась и попыталась плюнуть ему в лицо. Промазала.

— Хорошая речь. Но несколько преждевременная, — вздохнул Урмэд, слезая с девчонки и садясь на пол рядышком, — Во-первых, ты слишком быстро сдалась.

Сказала бы что штаны украла, а что в них зашито понятия не имеешь. Во-вторых, все свои цацки надо прятать лучше. В-третьих, никогда, слышишь, никогда не произноси таких высокопарных речей, особенно даггерам при исполнении. Поверь, ты не добралась бы даже до пыточных подвалов, тебя бы пустили по кругу, а потом то, что от тебя осталось не опознала бы даже очень любящая мать.

Девчонка смотрела на него огромными испуганными глазами не понимая, что происходит.

Дайн дернул веревку и её руки стали свободны. Девчонка тут же вскочила, нервно натянула рубашку под горло, сделала несколько шагов по направлению к двери, но застыла на месте и удивленно обернулась. Она посмотрела на свои вещи, но тянуться за ними не спешила.

Иэнель уже догадалась, что произошло и спокойно спаивала магией «распиленную» девушкой веревку.

— Как тебя зовут-то, чудо? – усмехнулся Урмэд.

— Лати – удивленно шепнула девушка. Села рядом.

Урмэд с интересом ее разглядывал.

— Передай брату, что я вернулся, — шепнул он и подмигнул ей.

Казалось, Лати удивилась сейчас больше, чем удивилась бы, если Урмэд принялся танцевать перед ней чечёду.

— Как-кому брату? – стараясь сохранять остатки инкогнито икнула она.

— У тебя их несколько? Или может быть Шаон раздвоился.

— Ты Урмэд? – удивлению девчонки не было предела.

Он не ответил.

— Так кто тебя послал? – повторил он вопрос.

— Никто, — понурилась девушка, — Увидела, что ты ее на веревке тащишь и решила спасти.

Урмэд застонал, подкатывая глаза.

— Собирай свои вещи и иди работай. Кто спросит: чего так долго, знаешь, что говорить, — многозначительно подмигнул ей, кивая на завязки рубахи и надорванный ворот, — И да, постарайся так глупо больше не попадаться.

Повторять второй раз не потребовалось. Чему ей не откажешь, так это в сообразительности. Шок прошел.